Или это ему только послышалось?

Он заметил какое-то движение в темноте за спиной незнакомца. У него сжалось сердце, когда он понял, что Сэм поднимается с земли, собираясь сбить сумасшедшего с ног.

Последним, что увидел Ник, было лицо нападавшего: жирная, изъеденная оспой кожа, нависающий над верхней губой длинный нос, черные поры и синие вены. Глаза нападавшего были водянисто-голубыми, с залитыми кровью белками. И они были распахнуты слишком широко.

А потом все исчезло…

Ник открыл глаза и не понял, почему находится в полной темноте. Ноги у него замерзли, во рту чувствовался теплый солоноватый привкус крови. На мгновение он решил, что лежит в снегу. И откуда взялся гудок корабля в тумане, почему гравий колет ему щеку? Ник прищурился, ожидая, что сейчас в глаза ему ударит яркий дневной свет.

Постепенно воспоминания начали возвращаться. Он был в Сиэтле и пару часов просидел в джаз-клубе, пока уши не заболели от музыки. Она звучала слишком громко, так что им с Сэмом приходилось кричать, чтобы хоть что-то расслышать.

Сэм…

Упершись руками в землю, Ник приподнялся. Он лежал лицом вниз, прижавшись щекой к чему-то острому. Ноги его были раскинуты, как будто он пытался поудобнее устроиться во сне.

Где он?

Ник перевалился на бок. Он должен быть на парковке. Но почему не слышно голосов и смеха пьяных студентов?

– Сэм?

Было душно и влажно. Ник слышал плеск воды о пирс и крик чайки. Все его тело болело. Острая боль пронзала ребра всякий раз, когда он пытался пошевельнуться, щека подергивалась. Он поднес руку к лицу, понимая, что сильно порезался. Над левым глазом уже набухла большая шишка. – Сэм? – снова позвал он.

Гигантская туманная тень неподалеку приобрела очертания корабля, застывшего на черной воде у пирса в пятидесяти ярдах отсюда.

Ник охнул.

Он снова услышал дыхание сумасшедшего, бросившегося на них из темноты. Мертвенно-бледное лицо, шершавая кожа, потрескавшиеся губы. Голубые глаза, панически распахнутые, словно нападавший и сам был напутан. Ладони незнакомца были замотаны рваными грязными тряпками. В слабом свете фонаря блеснул нож. Человек собирался ударить Сэма. Он громко дышал, и звук этот казался оглушительным. Падая на землю, Ник зажмурился и выставил руки вперед, готовясь встретить удар…

– Сэм!

Эхо его голоса прокатилось в темноте, и видение отступило.

Стук колес по ржавым рельсам заставил Ника открыть глаза. Наконец-то он начал воспринимать происходящее. Вместо асфальта парковки он увидел траву и ухоженный кустарник. На один из заводов «Боинг» поезд вез гигантские алюминиевые корпуса для самолетов…

Ник был в парке бухты Эллиотт, вот где. В полумиле от парковки, где на них с братом напали. И пришел в себя на беговой дорожке между зелеными насаждениями неподалеку от железнодорожных путей и доками, где на корабли грузили щебенку.

Борясь с болью во всем теле, Ник встал на четвереньки и выпрямился. Лицо его было перепачкано кровью и покрыто синяками. Несколько ребер, несомненно, сломаны. Ступни саднило, и Ник вдруг понял, что стоит на земле босиком. Где же его кроссовки? Поправив куртку, он огляделся.

Вокруг царил мрак, а туман был настолько густым, что Ник почти ничего не видел. Оглянувшись на черную тень корабля у пристани, он пошел назад, на парковку у Аласкан-вэй. Его тревога все усиливалась. Через несколько шагов он побежал.

Красный свет полицейской мигалки был заметен издалека. В клубах тумана, предвещавшего грозу, машина казалась серебристой. Ник замедлил шаг. По отблескам света, танцующим в темноте, он понял, что на звонок откликнулся не один полицейский наряд. Копов, осматривавших парковку – место преступления, было много. С Сэмом произошло что-то ужасное. Ник прислушался, пытаясь разобрать голоса, отдающие команды по рации, и шуршание ног по гравию. Его охватило смятение. Он не понимал, почему не помнит случившегося.

Ник полз по мостовой, когда незнакомец приблизился к нему. Шероховатый асфальт царапал пальцы. Увидев за спиной нападавшего брата, Ник обрадовался. Сэм не позволит этому случиться! Он схватит психопата и выбьет ножу него из рук! Но Сэм сделал шаг вперед и едва не упал. Он был ранен.

Сумасшедший обернулся.

– Осторожно, Сэм!

Брат едва держался на ногах, и нападавший не торопился. Он размахивал ножом, сжимая рукоятку грязными пальцами, а потом, согнув колени, рванулся вперед и всадил лезвие Сэму в живот. На лицо Ника брызнула кровь. От удара Сэм покачнулся и согнулся. Его лицо застыло, но не от ужаса, а от изумления. Сэм не боялся. Он только оцепенел, а потом рухнул на землю. Острое стальное лезвие зловеще сверкнуло в темноте ночи.