Китае, правительство страны официально обвинило в этом США, как применение биологического оружия по независимой стране. В ответ американцы обвинили Северную Корею и потребовали вакцину. Северная Корея обвинила Южную... Остатки правительства Грузии обвинили Россию и обратились в ЕС с просьбой спасти хоть кого-нибудь из выживших... Но в

Европе самой дела хуже некуда... Слишком много народа на слишком маленькой территории... Правительства пытались спасти людей, собирая их в убежищах и укрытиях, оставшихся с холодной войны и даже со второй мировой. Но туда брали и здоровых, и уже укушенных... К чему это вело, реально представимо. Одна политическая партия во Франции даже заявило протест на отстрел мертвяков, сказав, что это такие же люди, что всегда можно договорится... Появилась даже аудиозапсь, где активисты партии выходят к мертвякам и пытаются их успокоить... Большая часть десяти минут звуковой дорожки раздиралась предсмертными воплями заживо раздираемых людей...

– Бред...
– только и сказал Артем, переключаясь на другую частоту.

Снова помехи...

– Крути дальше... – кивнул я, все больше раздражаясь такой нехваткой информации, одни только урывки и сплетни, - А это что?

Армия! Войска зачистили небольшую радиовышку от зомби и были единственными, кто говорил что-то конкретное... От Генштаба известий не поступало... Все части города переведены на чрезвычайное положение... В городе идет набор добровольцев для зачистки территории. Прибывшие получат оружие, патроны, сухпайки и укрытие... Набор добровольцев идет на пунктах: венный полигон в Сельцах, училище ВДВ, торговый центр

"Сорока", бывшее здание Областной Думы...

– Надо будет заехать, - сказал я, - интересно, почему бывшее?

Дальше диктор военным голосом зачитывал памятку для выживания.

Уязвимыми местами живого мертвеца являются колени и голова. Для уничтожения противника необходимо повредить мозг... Нельзя давать себя укусить. Держатся подальше от уже укушенных и уже обращенных. Зомби ориентируются на звук. На близких расстояниях могут чувствовать и дыхание человека. Возьмите в машину еду, воду и теплые вещи, если уходите из города. Если нет возможности бежать, закройтесь в теплом, хорошо вентилируемом помещении, обеспечьте изолированность укрытия от мертвецов... По городу патрулируют военные и милицейские разъезды. Если вы заперты в помещении или изолированы на недоступном для мертвецов участке, вывесьте на видное место красное полотнище или какой-нибудь предмет одежды. Если с вами есть укушенные, изолируйте их от еще здоровых людей, а к красному знаку добавьте белую полосу... Вас эвакуируют... Без паники...

– Смотри-ка, военные что-то делают, а говорил "засядут у себя в частях, засядут", -

передразнил меня Артем, - может, все еще и наладится...

– Армейцы протянут без гражданских ровно до тех пор, пока будут поступать коммунальные услуги, - спокойно я ответил, - это скорее эвакуация, а не исправление ситуации. И знаешь, я так думаю, что положение у них не ахти какое отличное, раз они начали набор добровольцев.

– Так куда двинем, на Свободу, или к Думе?
– спросил Артем.

– На Свободу, это пока важнее...

Я посмотрел на улицу, как раз площадь Ленина... Снова... Только теперь живых на улице почти нет... Да и мертвых маловато. В основном тела...

Некоторые просто в клочья разорваны... Через всю площадь идет загорождение из брошенных машин, высотой в полтора человеческих роста.

Внизу стоит несколько бульдозеров, наверное, с их помощью преграду и навалили. Наверху тонкая цепочка людей с автоматами. И два БТРа перед такой нехитрой преградой. А у Торговых Рядов еще и один БМП-3 стоит.

Есть небольшой проезд, но там целая очередь из машин. Их досматривают, а потом пропускают. У нас на глазах две машины не пропустили. Одна тут же развернулась и поехала назад. А вот вторую вообще отогнали и расстреляли из автоматов.

– С чего это они так? – тихо спросил Артем, притормаживая на тротуаре, напуганный этой картиной.

– Не знаю, - пожал я плечами, испуганный не меньше, - может, там покусанные были.

В то же время всех мертвяков, подходящих слишком близко, отстреливают.

Хотя шум и свежее мясо манят к себе все новых зомби, они и лезут все чаще. Пока не по силам им будет снести эти укрепления, но что там начнется, если сюда толпа так в пару тысяч штук подойдет. По одному, по двое их еще даже близко не пускают, только такая толпа влезет, они и пикнуть не смогут. Только если у них за стеной нет пары сотен стрелков.

Так, с улицы, я не мог заметить на сваленных в стену машинах более чем десять стрелков.

– Туда? – снова спросил Артем.

– Нет, давай направо, через рынок, - чуть подумав, сказал я.

– Миш, посмотри, - ткнула пальцем Светка.

– Что такое?

На фонарном столбе висело тело... Под ним несколько мертвяков руки тянули, но труп висит выше, чем они могут дотянуться. Главным все же было то, что он повешен. А на груди табличка "Вор и убийца".

– За что его так? – спросила она, с нескрываемым ужасом спросила она, держа меня за плечо. Ее пугало, как я с удивлением понял, не то, что там висит труп, а то, что его убили люди. Живые люди убили другого человека, да и прямо в центре города. Вот этого она принять не могла.