Шрифт:
— Ага!
Дэрмид смотрел, как Джек, одетый в красную парку, джинсы и сапоги, открывает дверь. Он до боли в сердце любил этого мальчугана. А скоро у него появится еще малыш, наверняка девочка. У нее наверняка будут такие же светлые волосы, как у ее матери, такое же личико, такая же улыбка… Хорошо бы! Он уже три года не видел лица своей жены. Несмотря на все усилия, ее образ постепенно затуманивался, стирался из памяти, и боль утраты становилась от этого еще острее. Но хуже всего, что с недавних пор к этой боли прибавилось чувство вины за то, что место ее образа пытается занять образ другой. Образ ее сестры! А он не хочет этого! Не хочет увлекаться…
— Пап, мясо сейчас сгорит!
В последний момент он успел спасти мясо от обугливания и переложить на тарелку.
— Спасибо, Джек! Как раз вовремя.
— Тетя Лейси едет. Я видел ее машину из окна.
Бегун, вероятно, услышав шум подъезжающей машины, выскочил из-под стола и отчаянно залаял.
— Я помогу тете Лейси нести овощи, — сказал Дэрмид, — а ты разложи мясо между ломтями хлеба.
— Тетя Лейси тоже будет есть гамбургеры?
— Сомневаюсь. Но на всякий случай сделай и на ее долю.
Дэрмид обогнул угол дома и увидел, как Лейси, стоя к нему спиной, открывает багажник. И он вдруг подумал, что никогда раньше не видел такой стройной фигуры, таких блестящих шелковых волос… Он невольно залюбовался ею, разозлился на себя и… сорвал злость на ней:
— Где ты пропадала?
— Задержка вышла. — Голос ее звучал приглушенно.
Она ухватила две сумки с продуктами и повернулась к нему. И когда он увидел ее лицо, ему показалось, что одна из его альпак лягнула его в живот. Лейси была страшно бледна, левая щека ободрана, верхняя губа раздулась. А эти красные пятна на белой блузке? Похоже на кровь!
— Что за дьявольщина с тобой приключилась? — спросил Дэрмид мрачно.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Лейси и так готова была расплакаться, а тут еще Дэрмид… Глаза злые, челюсти сжаты! Не давая ей времени ответить, он рявкнул:
— Брось ты эти сумки. — Он вырвал у нее сумки с овощами и швырнул обратно в багажник, где лежали еще три такие же. — Пошли-ка в дом! — Положив руку ей на спину, он провел ее в кухню и усадил на стул. — А теперь расскажи, что, собственно, произошло.
— Я… Я споткнулась и упала, когда шла к машине.
— Тебе надо показаться врачу.
— Я зашла в медицинский кабинет рядом с супермаркетом. Врач промыл мне лицо и сказал, все заживет очень скоро.
Ее лицо — ее хлеб. Поэтому от такого прогноза ей, наверное, стало легче. Но ее главной заботой должен быть ребенок. О нем она не успела сказать ничего, потому что Дэрмид уже кричал:
— А ребенок?!
— С ребенком ничего не случилось, Дэрмид. Я же не сильно пострадала. Не скатилась по ступенькам, например…
— А вид у тебя такой, словно именно скатилась! Как ты можешь вести себя так неосторожно!
Если бы он был добр с ней, она бы, возможно, не смогла сдержать слез. Она не выдержала бы и рассказала ему о крохотном ребятенке, который вдруг неизвестно откуда выскочил на мостовую прямо под колеса выезжавшего из-за поворота грузовика. И если бы она не оказалась рядом, если бы не успела вовремя подхватить его… Она встала.
— Пойду переоденусь.
— Я сделаю тебе чашку чая. — Он повернулся к ней спиной.
Его враждебность ранила ее, как ядовитые стрелы.
Какой же он все-таки чурбан! Чай — пожалуйста, а вот сочувствие… Этого слова, наверное, просто нет в его лексиконе.
Окно на кухне было открыто, и ноздрей Лейси коснулся чарующий запах жарящегося мяса. У нее потекли слюнки. Она и не знала, насколько проголодалась. Она собиралась сделать себе салат, но…
— Папа! — раздался со двора голос Джека. — Когда же ты придешь есть?
— Подожди минуту. Сначала я хочу все-таки убрать овощи.
Когда Лейси шла через прихожую, зазвонил телефон. Он успел прозвонить несколько раз, пока Дэрмид снял трубку.
— МакТаггарт слушает.
Больше Лейси не услышала ничего. В своей комнате она переоделась в шерстяной свитер с высоким воротом и шерстяные брюки, потом положила белую кофточку отмокать в таз с холодной водой и спустилась вниз. В коридоре не было слышно ни звука. Она решила, Дэрмид вышел во двор, но, подойдя к двери кухни, поняла, что ошиблась. Дэрмид стоял к ней спиной и смотрел на фотографию в рамке. Фотографию Элис. Лейси не хотела беспокоить его в этот момент, но прежде чем она успела уйти, он вдруг обернулся к ней. В глазах его было смущение.