Термит достал из кармана куртки несколько дартсов и воткнул себе в левую руку. Боли он не ощутил, но вытащив первую стрелку с удовлетворением заметил окровавленный кончик.

– Ты! Урод!

Водитель "лагро" снова нажал на клаксон. Дротик со свистом рассек воздух и вонзился в плечо бедняги.

Розовый фургон несся по улицам города, сопровождаемый кортежем из дюжины разномастных автомобилей. Несколько полицейских машин попытались перекрыть ему дорогу: но инкассаторская броня оказалась крепче пуль, а скорость преступника позволила ему легко разметать заставу.

За рекой, над парком Пожарского, стояло кровавое зарево. Несколько вертолетов зависли возле Петли, не решаясь приблизиться к месту сражения. Один из них, получив новые указания, полетел наперерез розовому инкассаторскому фургону. Но автомобиль и его свита уже выехали из делового района и стремительно приближались к речным докам. Узкие улицы, заставленные ящиками и мусорными баками, не стали препятствием для утяжеленной бронированной машины.

Фургон нарезал круг за кругом в лабиринте из сараев, лодочных ангаров и старых блочных домов. Его спутники то теряли его, то вновь находили. Несколько полицейских экипажей увязли в проулках и заставленных рухлядью дворах. За грязными стеклами окон маячили людские лица: жители трущоб весьма обрадовались нежданному развлечению.

Заляпанные граффити рекламные щиты на набережной начали мигать. Один за другим они темнели и вместо цветастых образов курящих, жующих, танцующих актрис показывали черный экран с белой надписью "Мордред следит за тобой". За миг до этого на мониторах вспыхивала строчка мелким шрифтом. Порой ее нельзя было увидеть из-за помех, да и оставалась она слишком недолго, чтобы можно было с удобством прочитать. Розовый фургон медленно проехал по заваленной обломками лодок набережной. В ветровом стекле отражались послания Мордреда.

– Куррррва!
– прорычал Термит.

Его глотка пересохла, и крик вышел почти болезненным.

– Грасса, грасса, грасса, - произнес он одними губами.

Перед глазами плавали желтые пятна, виски ломило от боли, а он еще и еще раз бил кулаками по рулю. Ненависть была такой сильной, что Термит едва мог дышать.

"Нет, нет, не может быть!"

Он проехал еще несколько метров, вглядываясь в рекламный щит, где таяла раскинувшаяся на пшеничном поле девушка. В те несколько секунд, когда ее изображение уже исчезло, а фраза Мордреда еще не появилась, на краткий миг появилась надпись "Grassa-Grassa".

– С-сука!

"Это моя фраза и моя программа. Тогда, в универе, я собрал пакет хакерских программ и в некоторые из любопытства залез. Наверное, прикола ради и добавил эту строчку, которая должна выводиться на экран после завершения взлома. Какой же я был идиот! Я дал эту гребаную программу своему гребаному другу. Чтобы потом мой же софт использовали против меня!"

Послышалась приближающаяся полицейская сирена. Термит заставил себя глубоко вдохнуть и нажал на газ. Фургон тронулся, снес рекламный щит с призванием Мордреда и врезался в дощатый сарай.

Термит зарычал, дал задний ход и, разогнавшись, протаранил строение. Проехав через дворик, перетянутый веревками с выстиранными простынями и рубашками, автомобиль оказался на узкой улице, ведущей к реке.

Звук колоколов сначала показался Термиту очередной галлюцинацией, но потом он сообразил, что это звонит телефон. Он достал мобильник левой рукой, правой продолжая рулить.

– Да?

– Это я, Котов.

"Здравствуй, друг. Ты же не хочешь сказать, что..."

– Что случилось?

– Все нормально. Просто у меня возникло срочное дело. Я сбежал из "Войда", но оказалось, что из-за беспорядков некому присмотреть за Дарой.

– Вот как. А где у тебя дела? У меня есть тачка, могу подвезти.

Котов замялся:

– Это... это у реки, в районе доков. Но не надо меня везти, это может быть опасным. Просто позаботься о Даре. Сможешь?

– Я же твой друг. Куда ехать?

– Мы в бакалейном магазинчике на улице Героев.

– Отлично. Жди, я скоро буду.

Он выключил телефон, бросил его на сиденье рядом и рассмеялся.

"Как вовремя, Мордред, как вовремя..."

Вытаскивать пистолет из-за ремня левой рукой было неудобно, но Термит достал оружие. Перезарядил и положил рядом с телефоном.

"О твоей дочери я позабочусь, будь уверен. Денег хватит на лучшее образование для нее и хороший пансионат. И даже на психолога... ей понадобится специалист, когда я прострелю твою гребаную голову".

Улица была такой узкой, что походила на туннель. Стены домов по обе стороны были покрыты красноватыми потеками. А впереди стоял Тройка - точнее, пятеро его двойников, ухмыляющиеся, они опирались на автомобиль, перегородивший проход.