Севинье (с галантным жестом). Привычка. Часто смотрю на тебя, моя дорогая.

Антуанетта. Ты чем-то расстроен?

Севинье. С чего ты взяла? Потому что я сказал тебе комплимент?

Антуанетта. Ты расстроен, потому что эта девушка невиновна?

Севинье (у него почти вырывается крик). Да нет, моя родная! Я расстроен, потому что… Да, впрочем, тебе-то что до этого?

Антуанетта. Ты расстроен из-за того, что знаешь, кто преступник? Да?

Севинье (решив не отвечать, ласково отталкивает жену, берет трубку и набирает номер из двух цифр). Алло? Это восемьдесят шестой?.. Ты, Ардуэн? Мне в центральной диспетчерской сказали, что на сегодня ты взял разъездную машину. Не сможешь ли мне ее одолжить от четырех до шести? Будь добр, выручи! Моя в гараже. Маслопровод течет… (Возмущенно.) Твое дело! Твое дело! Не более оно срочное, чем мое! (Очень вежливо.) Спасибо, старик! Я в долгу не останусь! (Вешает трубку.)

Антуанетта. Значит, к шести ты освободишься?

Севинье. Я потом вернусь сюда регистрировать протоколы.

Антуанетта. Насколько я понимаю, раньше девяти ты домой не вернешься.

Севинье (галантно). Нет, и на этот раз я у тебя прошу прощенья.

Антуанетта. Ты только начал здесь работать, я понимаю, нужно себя зарекомендовать. Я ведь не дура!

Севинье (напевая). Она не дура, какое счастье!

Антуанетта. Бесполезно петь, я знаю, в голове у тебя другое!

Севинье (ласково, но искренне). Оставь меня, пожалуйста!

Антуанетта. А тот, кто убил, – влиятельный человек? Очень влиятельный?

Морестан (входя, здоровается). Мадам! Господин следователь! (Снимает и аккуратно вешает пальто и шляпу.)

Антуанетта. Здравствуйте, мсье Морестан!

Севинье. Вы пришли раньше!

Морестан (указывая на свои часы). В зале тоже было ровно четырнадцать часов! Мы, секретари, часто задерживаемся после работы, но чтобы мы приходили раньше – никогда!

Антуанетта (мужу). У тебя из-за этого будут неприятности, из-за того, что она невиновна?

Морестан. Еще какие!

Севинье. Вас кто-нибудь спрашивает?

Морестан. И хуже всего то, что она все-таки виновна!

Антуанетта. Как – виновна?

Севинье (жестко). Морестан!

Морестан. Извините, господин следователь. Но вы меня просили, что если вы увлечетесь…

Антуанетта (взрываясь). Я была права, ты в нее влюбился!

Севинье. Этого еще не хватало!

Антуанетта. Она тебя прекрасно раскусила! Для чего это она рассказывала, что носит платье на голое тело?

Севинье. Она невиновна – говорю вам раз и навсегда.

Антуанетта. Тебе что, жалованье платят за то, чтобы ты разыскивал невиновных?

Севинье. Дорогая, до вечера!

Антуанетта. Тогда надо было стать адвокатом!

Севинье (сухо). До вечера!

Антуанетта (Морестану). А вы знаете, кого он считает убийцей?

Морестан (искренне). Нет! Честно говоря, даже не подозреваю!

Севинье. Господин секретарь, вы уже сообщили мне свое мнение, благодарю вас.

Короткая пауза.

Антуанетта (покаянно). Извини, что я вмешиваюсь в твои дела!

Севинье. Не извиняйся, Антуанетта. Тем более, что мои дела – твои дела. К несчастью для тебя!

Антуанетта (как эхо). К несчастью?

Севинье. Иди, родная. К девяти я буду.

Антуанетта (очень нежно). Мы, наверно, жили бы счастливей, если бы я меньше тебя любила! (Посылает ему воздушный поцелуй и выходит).

Морестан (недовольно). Вы ей сказали – «к девяти»?

Севинье. К девяти… Или даже к половине десятого. Потому что после обыска мы еще вернемся сюда.

Морестан. Должен сообщить вам одну неприятную новость. Мы сегодня фигурируем в утреннем выпуске «Орор». С огромным портретом красавицы «невиновной». (Достает и показывает газету.)