«Фольксваген» плавно тронулся с места, выехал на проселочную дорогу и устремился к шоссе. Навстречу ему, увязая в той же самой ненаезженной колее, медленно ползло обшарпанное желтое такси. Машины с трудом разминулись, причем посторониться пришлось именно такси, после чего иномарка взобралась на обочину и вырулила на автостраду.

А такси застряло в сугробе и остановилось. Распахнулась ободранная дверца со свежей вмятиной, и из салона проворно выбралась высокая красивая девушка с черными распущенными волосами, одетая в длинную «леопардовую» шубу и элегантные желтые сапожки.

Увязая в снегу, взметая снег полами длинной шубы и едва не падая, она побежала к одиноко стоящему «ситроену» с распахнутыми дверцами. Сначала метнулась было к тому, кто сидел у переднего колеса, свесив голову на грудь и откинув в сторону руку с зажатым в ней пистолетом. Наклонилась, заглянула в лицо, но тут же резко выпрямилась и буквально отпрыгнула к другому, лежавшему ничком и уткнувшемуся лицом в снег. Опустилась на колени, закусила губу от напряжения, перевернула его на спину и охнула: «Сережа!»

Огромные и прекрасные глаза стремительно наполнились слезами. Девушка привстала и бессильно оперлась локтями о капот машины. Густые длинные волосы печально свесились по обе стороны матового лица.

«Сережа… О господи, ну за что? Ну почему все так страшно, почему?»

Она всхлипнула и элегантным движением руки откинула волосы в сторону, открыв затуманенные глаза, смотревшие на лежащего у ее ног возлюбленного…

В этом месте началась реклама, а Наталья не смогла сдержать завистливого вздоха. Несмотря на то что она была ничуть не хуже этой актрисы, получить роль хотя бы в одном сериале ей пока никак не удавалось! А ведь она влюбилась в театр и решила стать актрисой, будучи всего пяти лет от роду. В тринадцать Наташа уже записалась в театральную студию и, несмотря на все уговоры отца-адвоката, видевшего в умнице дочери наследницу своей юридической конторы, пошла по жизни своим путем. Как хорошо быть представительницей свободной профессии без жесткого графика и плыть собственным курсом! И отец, как человек деликатный, не только смирился с ее выбором, но в день ее первого спектакля преподнес огромный букет роз.

Вспоминая об этом сейчас, Наташа даже зажмурилась от удовольствия. Ей почудилось, что она снова стоит на сцене и раскланивается рукоплещущей публике. «Вот я на троне, в золотой короне…» А в первом ряду партера ей особенно бурно рукоплещет юный красавец, чем-то похожий на Тома Круза… Нет – и она зажмурилась еще крепче – пусть лучше это будет Ричард Гир!

Снова открыть глаза ее заставил настойчивый звонок в дверь. Родители были на работе, а младшая сестра – в гостях, поэтому открывать пришлось самой. Незваным гостем оказался Никита, благоухающий одеколоном «Opium», одетый в черное пальто от Hugo Boss, белый свитер с высоким воротником, серые джинсы «Zara», стилизованные под брюки, и ботинки из крокодиловой кожи. В одной руке он держал огромную розу бордового цвета, в другой – бутылку красного вина «Chateau Giscours» 2000 года.

– Извини, что без звонка. Можно к тебе?

– Заходи, конечно, заходи. Я всегда рада тебя видеть.

– Благодарю.

Наташа заперла дверь, и Никита тут же галантно вручил ей розу.

– Ты так же свежа, как она!

– Спасибо. Раздевайся.

– Ты одна? А что Серж?

– Мы вчера поссорились. Правда, сегодня утром он звонил и извинялся, но я сказала, что хочу побыть одна. Да и еще он нес какую-то чушь про милицию и ночное нападение, но я ничего толком не поняла…

– Так, может, я некстати?

– О нет, почему же… Проходи в комнату, а я пока переоденусь.

Пятнадцать минут спустя они уже сидели на диване с бокалами в руках. Наташа, одетая в джинсы и розовую кофточку, с удовольствием слушала свежие анекдоты в мастерском исполнении Никиты.

– Встречаются три подруги, – уверенно рассказывал Никита, – Саманта, Миранда и Шарлотта. Саманта говорит: «А у моего возлюбленного яйца холодные». Миранда кивает: «И у моего тоже». Шарлотта промолчала, зато на следующую встречу пришла с огромным синяком под глазом. «Что случилось?» – наперебой спрашивают подруги. «Понимаете, потрогала я своего мужа за яйца и говорю: «Да у тебя такие же холодные, как у мужчин Саманты и Миранды…» Ну, тут он мне и…»

Когда Наташа вдоволь насмеялась, Никита неожиданно сменил тему, с ходу заявив, что ему нужна ее помощь.

– А в чем дело? – тут же заинтересовалась девушка.

– Режиссер хочет создать конфликтную ситуацию между мной и Сержем, чтобы на сцене нам было легче сыграть своих героев.

– А я тут при чем?

– Как – при чем? Чтобы мы с ним по-настоящему поссорились, он должен приревновать меня к тебе. Твоя задача – слегка мне подыграть.

– А есть ли смысл? – всплеснув руками, засмеялась Наташа. – Он это уже и так делает безо всякой игры. Вчера мы поругались именно из-за тебя.

– Как это? – не понял Никита.

– Когда ты позвонил мне на мобильник, он так взбесился, что высадил меня прямо в сугроб. А если мы еще и нарочно начнем его провоцировать, то могут возникнуть большие проблемы. Ты понимаешь, о чем я говорю?

– Понимаю. – И Никита задумчиво допил свой бокал. – А что, если я буду ухаживать за тобой втайне от Сергея?

– Втайне? Но тогда какой в этом смысл?

Вместо ответа, Никита посмотрел на нее столь плотоядным взором, что она мгновенно все поняла.