– А как же контракт?

– Какой контракт, мисс Флинн?

– Ник сказал, что я должна подписать контракт.

– Мисс Флинн, должно быть, кто-то выдает себя за мистера Пикара. Молодых девушек часто обманывают.

– Значит, вы говорите, контракта нет?

– Правильно, мисс Флинн. У вас нет контракта с «Пикар продакшн».

Сказав это, противная секретарша повесила трубку. «Что, черт побери, происходит?» - недоумевала Тоби. Неделю назад Ник не мог дождаться, когда Тоби поставит свою подпись под контрактом, а теперь она не в состоянии связаться с ним даже по телефону.

Все произошло внезапно. В среду Ник не пришел на свидание, а потом Тоби получила цветы с запиской «Все кончено». Подписи не было. С тех пор она не могла ни встретиться с ним, ни поговорить по телефону.

Тоби как ненормальная тратила деньги, полученные от Гвен и Эльзы, не желая, чтобы Ник думал, будто ей что-то нужно от него. Она рассчитывала на контракт с его компанией, а теперь секретарша заявляет, что никакого контракта нет.

Что произошло? Может, Ник узнал, что она была проституткой? Делов-то! Половина актрис в Голливуде начинали с этого.

Вдобавок она где-то подхватила грипп. Первую половину дня Тоби собирала вещи, потом пыталась дозвониться до Ника.

– Отличный способ праздновать шестнадцатилетие, - сказала она вслух.

Ник с нетерпением ждал, когда опустится занавес. Шел заключительный спектакль, и ему не терпелось поговорить с Эллисон. Он уже смирился с ее работой на Бродвее. «Если бы она не была так занята в этой постановке, я, возможно, не спутался бы с ребенком», - печально думал Ник. Ему пришлось захлопнуть дверь перед носом Тоби, и девочка столько раз звонила в офис… Он жалел о том, что обидел ее, и о том, что пропадает такой материал для работы.

Игра Эллисон доказывала Нику, что он не нуждается в сыром материале вроде Тоби. Он имел возможность работать с одной из самых красивых женщин в мире, правда, не с самой красивой. Не с такой, как Кейт. Эллисон унаследовала решительный подбородок Конрада Хилларда, и это не позволяло назвать ее по-настоящему красивой. Но талант, который она тоже унаследовала от отца, с лихвой возмещал этот недостаток. Несмотря на то что Ник с нетерпением ждал конца спектакля, игра Эллисон заставляла его вытирать слезы. То же чувствовали и остальные зрители.

В последнее время Эллисон была страшно занята, но теперь ее распорядок дня изменится. У Ника уже готов новый сценарий, и он хотел начать съемки. В 1972 году он летел на кинофестиваль в Нью-Йорк, где побывал на премьере фильма «Последнее танго в Париже». При воспоминании о шедевре Бертолуччи Ник прямо дрожал от нетерпения. Бернардо Бертолуччи сделал огромный шаг вперед, и Ник не собирался отставать.

Гримерная Эллисон была переполнена почитателями ее таланта и завалена цветами. Нику оставалось только поцеловать ее в щеку, потеряв всякую надежду поговорить наедине.

Последовавшая затем вечеринка труппы напоминала сумасшедший дом, но Эллисон не хотела уходить, и они добрались до ее квартиры только на рассвете.

Ник снял галстук и повесил на стул.

– Ненавижу вечеринки в Нью-Йорке, - сказал он устало.

– Да?
– Эллисон сняла серьги.
– Интересно, почему.

Ник усмехнулся. Они в первый раз остались одни, а он хотел ее.

– Возможно, потому, что на них я не могу заключить никаких сделок.

– Почему?
– Она сняла колье.
– А я могу.

Ник думал о том, как через несколько минут будет лежать с ней в постели.

– Какие сделки?

– Я согласилась на роль в новом фильме Тори Фарба.

– Ты не можешь этого сделать! У меня уже готов для тебя сценарий.

– Поздно, Ник, - произнесла она таким тоном, словно обращалась к ребенку, которого невозможно убедить в неизбежности случившегося.

– Что ты имеешь в виду?

– Я действительно очень благодарна тебе, Ник. Ты сделал именно то, что мне было нужно, хотя на это ушло гораздо больше времени, чем я рассчитывала. Но результат того стоил.

– Эллисон…

– Будем справедливы, Ник. Ты сделал даже больше, чем я хотела, превратил меня в совершенно другую женщину. Возможно, сама я представляю себя не такой, но в тот период моей жизни тебе удалось создать очень хороший образ. К сожалению, тот период закончился.

– Объясни мне, о чем ты говоришь, - рассердился он.

– Нам обоим пора двигаться вперед. Как я понимаю, у тебя уже есть новая протеже, поэтому затруднений у тебя не будет.

Ник облегченно вздохнул.