«Погода шепчет», – мелькнула у Рюмина соблазнительная мысль. Впрочем, и Фурнье уже устал изображать целку и склонялся к простым человеческим радостям.

– Вернемся к этой теме после обеда. Сейчас я хотел бы прогуляться – здесь великолепные пейзажи, – сказал Фурнье.

– Одно из лучших мест Подмосковья. Великолепная экология. Старинный монастырь. Ты его видел – на горе.

– Валентин, ты умеешь выбирать места! – похвалил Фурнье. – Кстати, как называется река?

– Мы на берегу Москвы-реки.

– Нет, не эта река. Там – у монастыря, под стенами.

– В исторических источниках встречается название «Наебуха».

– Что это значит? – заинтересовался Фурнье.

«Примерно то, чем мы сейчас занимаемся», – подумал Рюмин.

Дронов встречал председателя Наблюдательного совета «Интер-Полюса» в аэропорту. Неутомимый Крюков посетил на этот раз Китай в составе делегации российских предпринимателей. Перечень его общественных должностей и почетных званий занял бы не одну страницу.

– Выходим на глобальный уровень! – иногда подначивал его Дронов.

– А я с этого уровня никогда и не спускался, – отвечал Крюков, и это было правдой.

Непрерывное общение с коллегами по бизнесу, политиками, чиновниками, журналистами, деятелями науки и культуры приносило Крюкову моральное и эстетическое удовлетворение, делало его жизнь насыщенной и разнообразной.

Дронов за глаза называл Крюкова «паркетным бизнесменом», «тусовщиком», «туристом» и жаловался, что многотрудное руководство компанией и грязную работу спихнули на него.

Однако и он был вынужден признавать, что кипучая общественная деятельность Крюкова создавала вокруг «Интер-Полюса» полезный круг связей и подушку безопасности, без которых успешное развитие бизнеса было бы невозможно.

– Что опять случилось? – недовольно спросил Крюков. Дронов уже предупредил его по телефону, что возникла нештатная ситуация.

– Продукция на складах арестована, начались выемки документов, компанию обвиняют в уклонении от уплаты налогов и подтасовках таможенной документации, – доложил Дронов.

– Только не говори, что для тебя все это неожиданность. – Крюков сидел мрачнее тучи. Он не хотел признаваться себе в том, что выпустил деятельность компании из-под контроля, положившись на Дронова и других управляющих.

– Николай Семенович! – взмолился Дронов. – Были нарушения, они у всех есть, но в обвинениях нет и пяти процентов правды. Нас подставили. Приписывают хрен знает что. Это наезд!

«Возможно, он и прав. Если бы воровали по-черному, уже давно вскрылось бы».

– Кто за этим стоит? Не выяснили? – строго спросил Крюков.

– Пока неясно. Вся надежда на вас.

– Ладно, приеду в офис, будем разбираться.

– А вы сейчас разве не к нам? – удивился Дронов.

– Я – на заседание президиума Ассоциации российских предпринимателей.

– Может, отложите, Николай Семенович? Ситуация чрезвычайная. Мы вас так ждали!

– Дождались! – рассвирепел Крюков. – Раньше нужно было думать. Зажрались, расслабились! Я еще выведу на чистую воду, кто у нас подворовывает! Подставили!

– Я и предлагаю разобраться, – не пытался возражать Дронов.

– А куда теперь спешить? – уже спокойно заметил Крюков. – Теперь спешить некуда. Поспешили уже! Ты еще находишься на допросы к следователю, помотают нервы и тебе, и мне. Думаешь, за день-два все можно решить? Твое дело телячье – обос...ся и стой. Приеду в офис после заседания. – Крюков недовольно отвернулся от Дронова и полез на заднее сиденье своего солидного автомобиля.

Дронов осуждающе посмотрел вслед удающемуся членовозу Крюкова, почесал репу и поехал в «Интер-Полюс».

Ассоциация российских предпринимателей занимала уютный особнячок в одном из переулков тихого Центра – недалеко от Патриарших прудов, Никитских ворот, шумного Арбата и прочих московских приятностей.

Еще в середине девяностых годов в подвале особнячка располагался ресторан, который облюбовала криминальная братва. Заехавший осмотреть здание, а заодно и перекусить Крюков даже стал свидетелем посвящения в бригаду нового бойца – ритуала, напоминающего сцены из «Крестного отца». Крюкова предупредили, что связываться с этими пацанами – себе дороже, но он только загадочно ухмыльнулся. Его связи в московской мэрии оказались покруче бригады – через два месяца ресторан был закрыт и здание подверглось полной реконструкции.