— А ты откуда знаешь? — сделав круглые глаза, вопросил главком.

— От верблюда! — праведно возмутилась я. — Мы где находимся? Или про существование обвалов знают только шахтеры? К твоему сведению, дома я смотрела телевизор и книги читала. Далеко от нас обвал?

— Не очень, милях в трех. Помолчи немного… вроде треск прекратился. Идем.

"Когда же мы отсюда выберемся… почти сутки в густых сумерках, почти в полной тишине, с непреходящим ощущением идиотизма происходящего… Проще с ума сойти, чем понять логику малость тронутых местных шахтеров. Вырыть лабиринт охренительных размеров и не пользоваться плодами трудов? Ну ладно, полезные ископаемые выгребли, а дальше что? Здесь еще какая-то собака зарыта. Здоровенная, лохматая и жутко смердит, в переносном смысле".

Через пару часов доблестные путники дотопотали до обвала. Ничего интересного, сплошная стена из крупных камней, щебня и земли перегородила проход. А Элар подозрительно спокоен. Как обои.

— И как мы дальше пойдем? Есть варианты?

— Есть. Один. — бесцветным голосом проронил слова сквозь зубы маг-разведчик. — Есть один ход, который на карте не обозначен. Другого выхода нет.

"Стоп, голубчик! Вот только упаднического настроения не надо, иначе можно прямо на месте рыть могилу". Рите удалось сделать философское лицо и задумчиво обронить:

— Почему же? Из любой ситуации есть как минимум два выхода.

Ну надо же, и впрямь заинтересовался.

— Это каких же?

Сработало! Надеюсь, байка про лягушку с цаплей поднимет опустившееся ниже плинтуса настроение.

— Через рот или задний проход. Вот представь себе картинку…

Пару минут спустя эльф хохотал, как ненормальный. Ура, можно выдохнуть. Как ни странно, ощущение нависшей опасности отпустило совсем и сразу же Рите захотелось еще немножечко поюморить. Как говорится, Остапа понесло…

— … ты мыть не будешь?

"Так, пора завершать творческий монолог. Вон, беднягу аж скрючило пополам, разогнуться не может, только постанывает вместо смеха. Пора забрасывать ноги за уши, пока еще чего-нибудь не обвалилось".

— Элар, прими вертикальное положение, пожалуйста! Вот уж не думала, что от смеха можно в такой бублик согнуться. Да когда ты просмеешься?

Держась одной рукой за стену, второй придерживая живот, эльф с трудом перешел из горизонтали в вертикаль. Вытер глаза ладонью; постанывая, отлип от стенки и сумел выдавить:

— Ты последней байкой напомнила мне первый поход кузена Далорна в бордель. "Мамаша" Малаша не поняла изысканной речи воспитанного эльфа и так же напрямик уточнила намерения посетителя. Сейчас расскажу по порядку…

Рассказал. На свою голову. Рита разве что в истерике биться не начала, такую хохму придумать — постараться нужно. Искать обходную дорогу отправились нетвердой походкой два икающих юмориста, время от времени сдавленно, почти страдальчески, хихикающих. Нужная развилка находилась примерно в миле от места завала. Зияющий провал очередного бокового коридора почему-то не понравился мне больше, чем перегородивший предыдущую дорогу обвал.

Поведение экскурсовода по катакомбам резко изменилось. Идти стал осторожнее, чаще вертеть головой по сторонам и отмечать мелом повороты, через которые предстояло пройти. И, что удивительно, охотнее, чем обычно, отвечать на дурацкие вопросы Риты.

— Элар, а почему в разведку именно ты отправился? Разве эльфа не проще вычислить, чем человека?

— Проще, но не в моем случае. Я полукровка. Отец был человеком, мать — эльфийка. Хотя вру — отец тоже не чистокровный человек, его прадедушка был эльфом.

На этом месте любопытство в Рите проснулось со страшной силой.

— А как твой отец выглядел?

— Выше меня ростом на дюйм… Здесь направо… Вот так, отлично. О чем я? Ах, да. Глаза зеленые, черты лица правильные, для человека очень красив. Волосы темно-русые, короткая стрижка. Телосложением чуть массивнее меня. Мама очень его любила.

— А она как выглядит?

— Молодо. Ай! Не делай так больше, у тебя локти острые. Я серьезно. Ее гены оказались сильнее отцовских, так что внешне я почти копия мамы. Если увидишь когда-нибудь Нарилену Аллитарель, убедишься.

— Так почему тебя сложно вычислить? — не отстану, пока не узнаю.

— Потому, что никто не знает, кроме матушки и меня, кто мой отец. Равно как никто не знает, что у Эвилона из рода Соколов, геройски погибшего, спасая короля, есть ребенок.

— А почему ты так спокойно мне это рассказываешь? Не боишься, что проболтаюсь?

— Не боюсь, — подтвердил догадку эльф — ты дашь клятву молчать. Так, здесь, скорее всего, направо… надо же, налево. Могу я рассчитывать на такую же откровенность с твоей стороны?