Итак, он сидел в холле гостиницы «Сан-Вэлли-Лодж», все еще раздумывал о необходимости расстаться с Ханной, даже дулся слегка, и тут возникла Патриция.

Тиш, как он теперь ее называл, была все еще одета так же, как когда она слушала его выступление. И он мог точно сказать, что одевалась она для него. Тиш оказалась очень мила и очень кстати.

Гектора даже не раздражало, что она говорила с ним в манере героинь его романов, строила из себя созданную Гектором Ласситером женщину-вамп.

Черт, с этой все будет проще. Сексуальные заигрывания Патриции позволяли Гектору относиться к ней как к одноразовому приключению, причем он чувствовал: и она понимает, что этим их отношения ограничатся.

Легкий флирт, ничего больше.

И откровенно говоря, Патриция была в не меньшем восторге от возможности залезть голой в эту знаменитую постель, чем от перспективы переспать с Гектором. Еще она сознавала, что его это не слишком задевает. Они использовали друг друга и получили от этого удовольствие. Так что же тут плохого?

Но, занимаясь любовью с Тиш, Гектор заметил, что представляет себе, что с ним рядом не она, а Ханна. Он едва не произнес имя Ханны вслух, когда кончил.

Это все ему испортило во многих смыслах.

К тому же он испытывал вину, что барахтается в постели с этой похотливой книжной красоткой, когда должен был бы разрабатывать планы против Донована Криди. Криди, который наверняка сейчас кипит от ненависти и жажды мести.

Гектору нужно было шевелиться. И побыстрее.

Гектор загасил сигарету и выскользнул из-под длинного обнаженного тела Патриции. Она даже не пошевелилась, когда он слез с постели. Он прикрыл ее одеялом, оделся и вышел максимально тихо. Оставил записку: «Вернусь к ужину».

Ричард снова вернулся от Мэри пьяным. Старая сука его уволила, забрала у него книгу, хотя у него было против нее такое оружие, как ее признание в убийстве Хема. Когда он об этом сказал, Мэри фыркнула и заявила:

– Какого хера ты несешь? Как раз подобный бред и привел нас к такой ситуации, Дикки. Вот почему книгу будет писать Ханна. Она час назад в гостинице подписала контракт.

Это привело его в бешенство, он до сих пор не мог поверить. Неужели Ханна в самом деле могла украсть у него его книгу? Черт, надо ее немедленно посадить вновь на лекарства.

Он вырвался из дома Мэри и кинулся в гостиницу искать Ханну.

Они начали ругаться в номере, поливая друг друга горькими обвинениями.

Ханна понимала, что спорить с Ричардом в его теперешнем состоянии по меньшей мере глупо. К собственному удивлению, она не могла остановиться… ее подстегивал приятный баритон с техасским акцентом, звучащий в ее голове: Но ты замужем…

Будь он проклят, этот Гектор Ласситер! Все еще злясь на Гектора, Ханна направила свою ярость на Ричарда. Но затем, снова подумав о Гекторе, она сказала:

– Почему бы нам не обсудить это в баре, Ричард?

Для того, что она собиралась сделать, ей нужны были свидетели. Пусть Ричард видит теперь, когда это имеет значение, что она способна играть с ним так же, как он играл с ней сначала, соблазняя ее, подсаживая на лекарства… пытаясь превратить ее всего лишь в свой придаток.

Разумеется, против похода в бар Ричард возражать не стал. Он подмигнул и схватил пальто: – Тогда пошли.

Он выпьет немного, укрепит себя и покончит с этой ерундой насчет книги.

Теперь они сидели за столиком друг напротив друга и ругались шепотом. Кругом ужинали ученые и туристы.

Ханна подтвердила, что да, это она будет писать биографию Мэри Хемингуэй. Ричард презрительно усмехнулся:

– Перышко тебе в зад и попутного ветра, Ханна. – Она догадалась, что он ей не поверил. Он как-то странно посмотрел на нее, затем добавил: – У тебя паучья голова… и глаза паучьи.

Такой он ее сейчас видел: волосатая коричневая голова, покрытая блестящими черными глазами. Стены бара вращались, и он слышал собачий лай, доносившийся из вестибюля. Господи, пожалуй, так основательно он не напивался еще никогда в жизни.

Ханна нахмурилась – уж больно странно он на нее смотрел. Но все же выложила свою козырную карту.

– А кто такой для тебя Криди, Ричард? – спросила она. – Гектор сказал, что он из ФБР и мошенник…

Ричард замахнулся, прежде чем успел сообразить.

Да, вотчто нужно: разбить морду этого чудовищного паука, чтобы вмятина осталась!

Послышался звук звонкого удара, и Ханна отлетела назад, упав со стула на пол и почувствовав вкус крови во рту.