Шрифт:
— Фантастика! — Джонсон начал с нетерпением притопывать ногой.
— При этом ты снова совершил ошибку. Как утверждала Кэрол, когда она нашла тебя, ты лежал навзничь. По твоим же словам, ты получил удар в затылок. В таких случаях человек всегда падает лицом вниз, Пол.
— Я запомню это на будущее! Ну, валяй дальше. Мне становится интересно.
— Как только ты узнал, что я отправился к Менке, ты позвонил ему и предупредил о моем визите. Гюнтер поджидал меня в засаде. Когда я попал к доктору, тот уже знал, что опасные бумаги уничтожены. События разворачивались с такой быстротой, что вы начали совершать ошибки одну за другой. Перед лицом грозящей опасности перепуганный доктор потерял голову. Попытка обезопасить меня была глупостью. Шель — это вам не Траубе! Даже если б вам удалось меня уничтожить, это не осталось бы незамеченным.
— Ты переоцениваешь себя, иронически заметил Джонсон.
— А ты меня недооцениваешь. После твоего прихода, — продолжал журналист, — между вами произошел резкий разговор. Менке, безусловно, предъявил тебе претензии за то, что ты не сумел сохранить тайну.
— Гм, — пробормотал Джонсон, — ну и что же я на это ответил?
— Дело начало принимать опасный оборот. Менке, спасая собственную шкуру, мог тебе напакостить. Его арест был предрешен. Не имея возможности предвидеть ход следствия, ты решил уменьшить риск и устранить опасного свидетеля. Это было не лучшее решение вопроса — таким образом ты лишался одного из важнейших источников дохода. Однако сделать выбор было необходимо…
— И я сделал выбор — застрелил старика.
— Да, ты его убил! — уточнил журналист. И неожиданно с удивлением поднял голову: ведущая в коридор дверь начала мало-помалу приотворяться.
— Поразительная дедукция, Шерлок, — сказал Джонсон. — Ты начитался слишком много детективов, а теперь не можешь сдержать полета фантазии.
В приоткрывшейся двери появилось бледное лицо Кэрол. Первым побуждением Шеля было желание подняться, однако он быстро переменил решение, сообразив, что свидетель — даже такой — может пригодиться…
— Ты, без сомнения, отдаешь себе отчет в том, что не располагаешь никакими доказательствами в поддержку своих абсурдных обвинений? — спросил Джонсон.
— У меня нет ни времени, ни желания заниматься выискиванием доказательств.
— Тогда разреши спросить, что ты собираешься предпринять?
— Над этим я еще не задумывался.
— А чего ты ждешь от меня?
Шель пожал плечами. Он старался не смотреть в сторону двери: мысль о подслушивающей их разговор Кэрол раздражала его. Еще неизвестно, можно ли на нее рассчитывать.
— Я приехал по просьбе Леона, — сказал он, — поэтому мне остается одно — пролить свет на обстоятельства его смерти.
— Пролить свет — для кого?
— Для лиц, обладающих правом вершить правосудие.
— Короче говоря, ты хочешь передать дело в руки властей? — сердито бросил американец. — Не думаешь ли ты, что я затратил столько усилий ради того, чтобы сейчас допустить это?
— Значит, ты признаешься в том, что «затратил столько усилий»? — перешел в нападение Шель.
— Я ни в чем не признаюсь. Теории, которые ты высосал из пальца, в лучшем случае будут восприняты со снисходительной усмешкой.
— Посмотрим. Во всяком случае, я сделаю то, что считаю своим долгом.
— Глупец! — воскликнул Джонсон, вставая. — Неужели ты всерьез рассчитываешь, что я позволю разглашать эти басни?
— У тебя ничего не выйдет, Пол, — сказал Шель. — Ты совершил два убийства. Нельзя безнаказанно убивать людей, пользуясь правом сильнейшего. Мы все-таки живем не в джунглях…
— Нет, мы живем в джунглях, причем куда более диких, чем ты можешь подумать. В них нет места мечтателям. Только сильные, беспощадные и безжалостные имеют право на существование. — Голос Джонсона звучал хрипло, глаза сузились и почти совсем скрылись в сети глубоких морщин. — Ты наивен и простодушен. Ты принадлежишь к той же категории людей, что и Леон, — кончил он свою тираду шипящим злым шепотом.
На минуту воцарилась тишина. Кэрол беспокойно зашевелилась. Легкий шорох не ускользнул от внимания Джонсона. Он резко обернулся. И в то же мгновенье Кэрол вошла в комнату.
— Извините, что я так поздно, — неестественно громко сказала она.
Джонсон окинул ее подозрительным взглядом.
— Ах, это ты!
Кэрол с наигранной улыбкой подошла к Шелю и принялась стягивать перчатку,
— Добрый вечер, — протянула она ему руку. — У меня были кое-какие дела, я не думала, что вы придете так рано.
— Не беспокойтесь, — ответил Шель, стараясь овладеть собой. — У нас была необычайно интересная беседа. — Покосившись через плечо, он заметил, что Джонсон нервно поглаживает волосы.
— Наверно, опять сидели в своем подвале? — Кэрол взглянула на мужа. — Почему, старик, у тебя такая кислая физиономия? Небось проголодался? Я пойду на кухню и приготовлю чего-нибудь поесть. Вы, конечно, поужинаете с нами?
— К сожалению, я не смогу остаться. Я очень устал. Извините меня, пожалуйста.