– Фламинго – фаллический символ? – С сомнением переспросил Кевин.

– Ну, не вагинальный же! – Ответила она.

– Э… Мм… Действительно…

– Эротика есть везде, – добавила Риче. – А вот про науку, ты, Люси, погорячилась.

– Нет, все четко! – Объявила меганезийка, – …потому что «Алиса в стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье» написаны про приложения абстрактной геометрии. Наш тичер рекомендовал это читать в дополнение к ознакомительным основам общей теории относительности. Вот так!

– По-моему, ты путаешь, – заметил Ларк. – Кэрролл умер ещё в XIX веке, а Эйнштейн придумал теорию относительности в начале XX.

– Эйнштейн как-то сбоку, – вмешалась Оо, – старт дал Лоренц, принципы предложил Пуанкаре, математическую модель сделал Минковский, а Эйнштейн эту математику вообще не понимал.

– Быть такого не может! – Воскликнул австралиец.

– Почитай переписку Чивита–Эйнштейн примерно в 1915 году. – Сказала она. – Там прямо показано, что Эйнштейн не совсем понимал математику, которую он якобы использовал при построении ОТО. Чивита нашел в его базовой работе кучу ошибок. Эйнштейн с ошибками переписал то, что на 10 лет раньше написал Минковский.

– Ты увлекаешься физикой? – Поинтересовалась Долли.

Оо Нопи тряхнула головой.

– Не то, чтобы увлекаюсь. Я учусь на I курсе Военной Академии PASA. Это, как бы, военный сектор факультета авиационно-космических технологий «Kimbi Transport Innovation College» (KTIC). А основы общей теории относительности я сдавала на вступительных экзаменах. Вот, запомнила…

– Подожди! – Удивился Аристо. – А что ты делаешь в турфирме?

– Подрабатываю, – ответила папуаска. – Фирма семейная, я – совладелец, начальство Академии разрешило при условии хорошей успеваемости.

– Ух, ты! – Воскликнул бразилец. – А у вас там все секретное или не совсем?

– У нас не так много секретных тематик, – сказала она, – а что?

Он несколько смущенно почесал в затылке и пояснил.

– Ну, вдруг ты что-то знаешь про марсианский экипаж «Каравеллы».

– Типа, мы поспорили кое с какими ребятами на бочку кашасы, – добавила Долли.

– Мы зацепили один слух, а ребята нам не поверили, – добавил Аристо.

– Какой слух? – Спросила Оо.

– Про экипаж, – пояснил он. – Что там будет пара меганезийских коммандос из тех, которые работали в охране на Парижском католическом фестивале.

– Я не интересовалась про тот фестиваль, – ответила папуаска. – Но состав известен практически точно. Французы Виктор Гален и Марго Лайтрэ и меганезийцы Комо Кубан и Текс Киндава.

– Ха! – Воскликнула Долли. – Если так, то мы выиграли!

– А знаете, – встрял Леон Гарсиа. – Я для интереса посчитал по формуле в интернет, и получается, что на Марсе крупная птица Бэ могла бы летать, да ещё и с всадником.

Оо Нопи похлопала его ладонью по пузу и сообщила:

– У Леона мечта приспособить птицу Бэ для верховой езды.

– Зачетно, – оценил Хаген. – На крупных африканских страусах ездят верхом. Не так далеко, как на лошади, но все-таки. А та птица Бэ, которую мы грохнули, была как большой африканский страус, но вдвое массивнее.

– На страусах ездят, но не летают, – заметила Люси. – И потом, на Марсе не очень-то полетаешь на крыльях. Там воздуха нет ни фига.

– Ну, если бы был, – внес уточнение Леон. – По TV говорили про террариум…

– Про терраформинг, – поправила Оо.

– Ну да, – согласился он. – И если сделать этот терраформинг, то воздух будет.

– По ходу, птица Бэ могла бы и на Земле летать с всадником, – заметил Хаген, – ей, конечно, понадобилось бы поменять дизайн, но я в принципе говорю.

– Поменять дизайн, в смысле приделать движок и пропеллер? – Уточнил Грэм.

– Нет, это совсем другое извращение. Надо поменять ей геометрию.

– Четыре крыла вместо двух? – Попробовал угадать Фию.

– Нет, – меганезиец покачал головой. – Этого не хватит. Тут надо радикальнее.

– Сделать очень большие крылья, – высказала свою версию Фзии.

– Сломаются, – лаконично возразила Люси и повернулась к Хагену. – Ты правда представляешь, как это сделать?

– Ага, – он кивнул. – Не представлял бы – не говорил. Я после обеда нарисую.

– Значит, на ужин у нас talk-show «Взлететь на птице Бэ», – заключила Мэйв.

…