Игорь осторожно пробирался вперёд, внимательно осматривая окружающую его местность, что было не так просто, как может показаться на первый взгляд.

Услышав голос позади себя, не испугался, но почему-то вздрогнул. Ему показалось вдруг, что раньше уже не раз встречался с разговаривающим человеком, и хотя никого поблизости не было видно, сразу понял, с кем говорит.

– Дядя Серёжа! Это я, Игорь!

Тот возник, казалось, из ниоткуда. Одет в брезентовый костюм. На ногах красовались сшитые точно по размеру кожаные сапоги. Густые волосы на голове прижимало широкое бондано с какой-то замысловатой татуировкой с левой стороны. Но всё равно это был он, и Игорь узнал его сразу.

– Дядя Серёжа, ты?! Как ты здесь?!

Через несколько секунд мальчишка в солдатской форме уже повис на шее у странного человека, неизвестно откуда вдруг появившегося перед ним.

Приняв на борт нового пассажира, вертушка круто взмыла в воздух и взяла курс на юг. Внизу проплывало бескрайнее море непроходимых лесов и гор. Сейчас Серёгу уже не удивляло то, что эта картина казалась ему давно и хорошо знакомой.

– Всё происходило там, у святой воды, что падала с самой вершины скалы. Ещё одно подтверждение того, что «полёты» не являлись одной лишь игрой воображения. Чушь какая-то.

Он и сам ни за что бы не поверил в то, что приключилось, если бы только всё это не произошло именно с ним. На груди давал о себе знать приятным теплом амулет с изображением оскаленной звериной морды.

В том, что талисман действительно обладает волшебной силой, человек успел убедиться в полной мере. Стоило лишь перевернуть медальон на обратную сторону, и бой с тенью, но только уже против общего врага, продолжится.

«Учитель говорил, что я обладаю лишь маленькой частичкой знаний, и потому, предстоит познать ещё очень многое. Дикие люди, но в чём-то они шагнули гораздо дальше нас. Чего стоит один только клинок, что висит у меня за поясом. В их отношениях нет лжи и фальши. А может быть, они сами ушли от цивилизации, как тот старик-отшельник, что живёт один в лесу, по другую сторону хребта. Раз в год по зимнику он ездит в деревню, запасается продуктами, после чего, перевозит их в лес на своей лошадке. И на этом его общение с людьми ограничивается». Размышления прервал голос Игоря:

– Дядя Серёжа, ты куда, домой?

– Нет, Игорь, я вылезу где-нибудь на окраине. И у меня просьба одна будет к тебе и к ребятам. Обо мне никому ни слова. Потом всё объясню.

– Всё понятно. А что, проблемы есть?

– Проблемы есть, но сейчас их стало пожалуй на одну меньше. Ведь этих людей послал человек, который живёт в этом городе и сильно желает моей смерти.

– Так, может, помочь?

– Нет, это моё дело. Сначала нужно во всём разобраться. Тебе тётка ничего не писала разве?

– Я с матерью разговаривал. Она, что знала, то сказала. Только тёмная, сдаётся мне, это история и в одиночку здесь вряд ли справиться.

Сергей похлопал племянника по плечу.

– Ничего, Игорь, я попробую.

– Ты уж поосторожнее там, дядь Серёж. Не хочется, чтобы эта встреча была у нас с тобой последней.

– Ладно, ребята, мне пора. Здесь я и вылезу.

Плавно коснувшись земли, вертушка вновь быстро набрала высоту, оставив внизу под собой странного пассажира в белом «бондано», о тайном смысле загадочных символов на котором оставалось только догадываться. Взглянув на этого человека, даже непосвящённому стало бы понятно, что он попал в чуждый для него мир, но намерен идти до конца.

На долину плотной и густой, словно парное молоко, стеной опускался туман. Принимая в свои объятия окрестные леса, он ни на секунду не задумывался над тем, понравится ли это их обитателям, был гораздо выше и сильнее тайги. Казалось, что белая и непроглядная пелена снизошла до земли лишь для выполнения своей, очень важной и недоступной для постороннего глаза миссии.

А жизнь между тем шла своим чередом, не останавливаясь ни на секунду, несмотря ни на что. Тайга, признавала лишь свои законы. Каждую минуту перед её глазами происходили сотни смертей и сотни вновь появляющихся на свет жизней. Кругом: на земле, под землёй, на воде и под водой, в воздухе, на деревьях и под ними – повсюду одни умирали, а другие, вновь появлялись на свет. Так было, так есть и так будет всегда.

А могучие горные хребты, что брали долину в плотное кольцо своих богатырских объятий, просто молчали, позволяя тем самым всей этой стихии какое-то время существовать на своих исполинских плечах. Ни тайга, ни эта белая пелена тумана им пока не мешали.

Небольшая горная речушка описывала неимоверные зигзаги среди огромных каменных глыб, с трудом прокладывая себе дорогу. Порою начинало даже казаться, что это громадный и всемогущий великан, удовлетворяя свои странные прихоти, разбрасывал по земле все эти валуны, заставляя непослушную воду принять именно ту форму, которая ему почему-то понравилась. С трудом верилось, что весной разбушевавшаяся речка сама строила себе все преграды. А затем, слегка поутихомирившись, начинала прокладывать новое русло.