– По законам Ассамблеи, раса не несёт ответственности за действия этих несчастных, - заметила Снежка.
– По отношению к другой расе они ограничились бы только формальными извинениями…

Но Федерация сейчас достаточно сильна, поэтому Рой пошёл на уступки. Но вряд ли это затронет нас. Но я мысль не закончила… В общем, Ленка возвращается домой.

Корабль был относительно небольшим… ну, скажем, если бы рядом оказался крейсер класса «Монолит», то ММТ «Лебедь» выглядел бы рядом с ним просто букашкой. Как по размеру, так и по огневой мощи. Но капитан малотоннажника, на борту которого было нанесено имя «Нарвал», не искал встречи с крейсерами Федерации. Сейчас «Нарвал» поджидал иного гостя - причём ждал достаточно долго, чтобы Лайон Переш, он же капитан Хук, начал испытывать раздражение.

В последний год это стало для него почти нормальным состоянием. Фатальное невезение… Переш не верил в удачу или рок. Только в точный, основанный на фактах расчёт. Прежде его планы почти всё время были успешными, отдельные неудачи можно было списать на недостаточную информированность. Но в последнее время всё пошло прахом. Срыв операции с перехватом груза «энергии-33». Практически полное разрушение сети его информаторов на Талере. Потеря огромной партии «чёрной благодати» и, что гораздо важнее, огромных денег. Ривер и Рюгге - это серьёзная потеря, подобрать им замену будет нелегко. Но заполнение вакансий в экипаже мало беспокоило капитана, желающих всегда достаточно. Куда хуже, что в настоящий момент Переш испытывал серьёзные финансовые проблемы - из трёх миллионов, которые пришлось выложить за партию наркотиков, лишь один принадлежал ему, за остальной суммой пришлось обратиться к влиятельным персонам, и теперь на капитане Хуке висел немаленький долг… В определённых кругах Переш считался человеком безжалостным, но люди, предоставившие ему кредит, за задержку выплат могли растереть в пыль и Лайона, и его корабль вместе со всем экипажем. Если потребуется, для этих целей найдётся и тяжёлый крейсер… и масса охотников, готовых за приличное вознаграждение доставить заказчику голову опального капитана.

Так что, исходя из столь уважаемых Лайоном Перешем логических построений, сейчас ему надлежало в первую очередь решать свои финансовые проблемы. Но пути решения могли быть разными. Охота за одинокими кораблями Федерации с труднопрогнозируемой прибылью и некоторой (в последнее время, стоило признать, достаточно высокой) вероятностью нарваться на патруль Флота или, будь он неладен, «Скайгард» Хука не прельщала. Вместо этого он уже неделю торчал на орбите этого каменного уродца, поджидая своего агента. И рассчитывая получить сведения, способные решить все его проблемы разом.

Хотя одна проблема всё ещё оставалась. Многие люди имеют предосудительную попытку не держать слова, но Лайон к таковым не относился. Особенно скрупулёзно он подходил к исполнению обещаний, данных самому себе. Эти сучки - об экипаже патрульного корабля «Скайгард», неоднократно вмешивавшегося в его планы, капитан знал достаточно много - должны ответить за всё. Месть не вернёт денег, но изрядно согреет душу. И ещё раз напомнит всем и каждому, что становиться на пути у капитана Хука не стоит. Увы, сладкая месть в очередной раз откладывалась. Если бы не кредиторы…

В настоящий момент Лайон развалился в своём любимом кресле - с традиционно погасшей трубкой в зубах. Глаза его были закрыты… Тот, кто хорошо знал капитана, мог бы с уверенностью сказать, что в последнее время он стал гораздо хуже выглядеть, словно череда неудач подорвала не только его банковский счёт, но и здоровье. В длинных, свисающих ниже подбородка усах искрилась седина, под глазами набрякли мешки, привычная худоба теперь казалась болезненной. Но сам Переш отправил бы в ад любого, посмевшего усомниться в том, что командир «Нарвала» всё ещё полон сил.

– Прошу прощения, капитан!

Лайон медленно поднял веки. Перед креслом навытяжку стоял молодой белобрысый парень, скан-оператор «Нарвала». Весьма перспективный молодой человек, особенно сейчас, с потерей Рюгге. Бывший младший офицер Флота оказался весьма грамотным специалистом, и временами Переш всерьёз подумывал доверить юноше что-нибудь посерьёзнее контроля «глаз и ушей» корабля.

– Да, Тизер?

– Три минуты назад в системе сошёл с режима пульсации корабль. Система радарного подавления деактивирована. Опознан как яхта класса «Бабочка», идентификационный код соответствует ожидаемому.

– На связь выходил?

– Никак нет, капитан. Сохраняет полное молчание. Установить канал по узкому лучу?

– Давай. Шифрование канала по ключу «Бета-17».

Экран осветился, некоторое время сиял рябью помех, затем изображение стабилизировалось. На Хука смотрело лицо немолодого мужчины, уже изрядно набравшего лишнего веса. Не слишком тщательно выбрит… но это вполне можно списать на длительное пребывание на борту корабля. Волосы тронуты сединой, но стариком его не назовёшь.

– Приветствую, господин Переш. Лайон молча наклонил голову. Лично у него собеседник вызывал чувство брезгливости, и лишь приносимая гостем польза заставляла Переша мириться с его существованием.

– Мне пришлось долго ждать! Голос капитана был холоден.

– Обстоятельства, пожал плечами мужчина, иногда бывают сильнее наших желаний.

– Мне не очень нравится, когда неисполнение своих обязательств сваливают на некие обстоятельства, тихо заметил Переш.

– Я привёз всё, что вы заказывали, капитан! Вот теперь в голосе собеседника прорезалась торопливость. Видимо, он осознал, что в делах Хука очень сложно стать понастоящему незаменимым.