Все оставшееся светлое время суток, "Росич" держался вдали, так что видны были только дымы, оставляемые преследуемыми судами, так что фактически наблюдение велось только по радару. С наступлением темноты, Антон рассчитывал приблизиться на достаточно близкое расстояние, чтобы идентифицировать суда и если это окажется не броненосный отряд, то форсированным маршем переместиться в южный рукав.

Еще днем конфигурация построения на радаре претерпела изменения. Восемь целей, судя по маломерности, миноносцы, оторвались от общей группы и выдвинулись вперед на две мили, перестроившись в цепь с интервалом между ними около мили.

Было очевидно, что Камимура выдвинул вперед миноносцы в задачу которых входило обнаружение противника, о котором они должны были доложить скорее всего по радио. После этого, находящиеся в центре главные силы должны были переместиться в сторону обнаруженного противника, пока тот будет связан боем с обнаружившими его судами. Маневр не лишенный смысла. Если японцам было известно с кем они имели дело, то они знали о заявленной скорости в тридцать три узла, в то время когда их эсминцы могли развить максимальную скорость в тридцать один узел. Преимущество в два узла не могло быть решающим и им удалось бы сковать противника до подхода основных сил.

Да маневр был не лишен смысла, но только в том случае если перед ними был бы такой же подслеповатый эсминец. Но все дело в том, что русские видели японцев, в то время как те не имели такой возможности.

Его волновал только не достаточно большой разрыв между цепью миноносцев и основным отрядом. Однако и здесь ему повезло, как только ночь скрыла суда друг от друга, эсминцы не имея возможности ориентироваться, несколько оторвались от главных сил, увеличив дистанцию до трех миль.

Приблизившись к основному отряду, Песчанин с помощью прибора ночного видения убедился в том, что ему сегодня определенно везет и он следует именно за броненосным отрядом Камимуры.

"Росич" лег на параллельный курс и уравнял скорость со скоростью крейсеров Камимуры. У Песчанина была только одна возможность, для точного наведения на цель своих торпед и поэтому он решил сделать все не спеша, что говорится с чувством, с толком, с расстановкой. Он прекрасно понимал, что занимая столь отдаленную позицию "Росич" имеет возможность только на один залп.

После первого же взрыва миноносцы японцев развернутся и спешно направятся к своим крейсерам, если русские останутся на прежней позиции, то была высока вероятность того, что их свяжут боем, а исход этого предсказать было не возможно. Поэтому после пуска торпед, Антон рассчитывал спешно отходить, наблюдая за результатами по локатору.

Антон внимательно всматривался в светящийся экран локатора, на котором благодаря не большому расстоянию совершенно четко обозначились четыре светлых пятна, бывшие ни чем иным как броненосной фалангой адмирала Камимуры.

Песчанин решил не мудрствовать лукаво и применить туже тактику, что уже помогла им при атаке транспортов. Правда на этот раз он решил не экономить на торпедах и выпустить их все, увеличивая таким образом шанс на успех. Так как второго такого могло и не представиться.

"Росич" в сравнении с другими военными судами имел много преимуществ, одно из них и весьма существенное заключалось в том, что его торпеды выстреливались не пороховым зарядом, что демаскировало при выстреле, а сжатым воздухом. Таким образом, при выстреле противник не имел возможности предпринять какой либо маневр, для того чтобы избежать попадания, так как и не подозревал, что подвергся торпедной атаке.

Убедившись в том, что цели успешно захвачены и в точном наведении не возникнет проблем, Антон быстро поднялся на мостик.

Николай Николаевич, вы готовы.

Так точно.

Итак делаем то, что уже проделывали. У вас четыре торпедных аппарата и четыре цели и на этот раз это не транспорты.

Мы используем все торпеды?

Да. На этот раз я не хочу рисковать, да и возможности, на повторный залп скорее всего не будет. Одна цель, четыре торпеды, - слова Антона звучали зловеще, как смертный приговор.

Разрешите приступать?

Выполняйте.

Есть.

На мостике зазвучали команды минного офицера, которые он отдавал по телефону. Некоторое время он сверялся с планшетом и наконец прозвучала его команда о первом залпе.

"Росич" вздрогнул всем корпусом, разом высвободившись от четырех торпед общим весом более семи тонн. Некляев в это время замер склонившись над планшетом внимательно всматриваясь в циферблат секундомера, наконец прозвучала его команда и эсминец вновь вздрогнул исторгнув из себя очередные торпеды. Это повторилось еще дважды.

Командир торпеды вышли, - срывающимся голосом доложил минер.

Принято. Штурман.

Здесь штурман.

Курс двести восемьдесят.

Принял.

Виктор Михайлович.