Ты просто зла на него. Он никогда не позволял себе быть грубым по отношении к женщинам.

За исключением Светланы. Она целыми днями не отходила от его постели и вот благодарность.

Вдруг дверь отворилась и в гостиную вошла Светлана, в настоящий момент она как никогда соответствовала своему имени, так как вся светилась от счастья. Видя это Звонарева отказываясь, что либо понимать обескуражено произнесла.

Полюбуйся-ка на нее, мы тут испереживались, а она улыбается так словно ее осчастливили.

Но я действительно счастлива, - весело улыбаясь заявила девушка, стирая скатывающиеся из глаз слезы.

Позволь полюбопытствовать, почему?

Потому что он сказал, что ему жаль, что перед ним только плод его воображения. Я сначала не поняла и подумала, что с ним что то не так. Но причина только в том, что он принял меня за видение и будучи в этом уверен, был откровенен и ласков.

Когда же он понял, что это реальность, то сработала защитная реакция, - улыбнувшись проговорила Лена.

Все девочки. Спекся, - сияя как новенький пятак вынесла свое заключение Аня.

Светлана не скрывая счастливых слез лишь утвердительно кивнула. Было видно, что девушка была сильно взволнована и не в состоянии говорить. Звонарева предложила присесть и перевести дух, но Света решительно отвергла это предложение и Гаврилова поспешила поддержать ее.

Правильно. Сейчас главное не выпускать инициативу. Мужчины когда больны, особенно беззащитны. Вперед Светик. Припечатай его, так чтобы дыхание сперло.

Леночка, но ему нельзя волноваться, - вдруг всполошилась Звонарева.

Это волнение ему только на пользу, - хитро взглянув на подругу, словно заговорщица возразила та.
– А потом, ты только, что сама готова была его припечатать, чем ни будь потяжелее. А вот мужчин к нему нельзя подпускать и на пушечный выстрел, как только они узнают, что ему лучше, то сразу же ринутся к нему, - судя по всему пошатнувшееся было положение любимца публики, быстро восстанавливало свои прежние позиции.

Антон лежал на спине закрыв глаза и тихо переживал, все произошедшее. Он жаждал общения со Светланой и всякий раз, когда он слышал ее голос, по его телу пробегал озноб и какое-то сладкое томление. Но он не позволял себе ни на минуту забыть о том, что не имеет права связывать себя ни с кем, а особенно с ней. Мысленно он уже давно свыкся с мыслью, что с большой вероятностью он может погибнуть в надвигающейся войне, а еще он не хотел оглядываться назад, боясь того, что в тот момент когда нужно будет сделать решительный шаг вперед, у него не достанет для этого духа.

Дверь легонько скрипнула и он услышал легкие женские шаги. Судя по тому, что двоих он уже успел за сегодня сильно обидеть, а служанка уже ушла с пустым стаканом, это могла быть только Гаврилова. Так вот и получилось, что он заговорил не открывая глаз, будучи совершенно уверен, что говорит с женой друга.

Я знаю, что поступил по свински. Обидел Свету. Но как бы я к ней не относился, я для нее слишком стар…

А как вы ко мне относитесь, Антон Сергеевич.

Едва услышав этот голос, Антон как ошпаренный распахнул глаза и увидев девушку резким рывком сел на кровати. Это было ошибкой. Перед глазами поплыли разноцветные круги и он стал заваливаться на бок, имея все шансы оказаться на полу. Девушка стрелой метнулась к нему, обхватив за плечи и прижав к себе, предотвратила падение. Она так и стояла на коленях обняв его ослабевшее тело, когда он наконец прохрипел.

Это вы? Вы вернулись?

Хотите верьте, хотите нет но это не галлюцинация.

Так они впервые прикоснулись друг к другу. Антон ненавидел себя за то, что он в этот момент был так слаб и беспомощен и в то же время он был счастлив как никогда. И все же он попытался хоть как то воспрепятствовать этому.

Светлана Петровна, воспитанные девушки не позволяют себе бросаться в объятия первого встречного мужчины.

Можете говорить все что угодно. Если вы хотите меня обидеть, то вам это не удастся. А потом, что то мне говорит о том, что вы ни как не можете угрожать репутации какой либо женщины, но зато сами совершенно беззащитны.

Осмелев Света повернула к себе его лицо и нежно поцеловала в губы. Песчанин был не в силах помешать ей. Черт побери, он и не хотел этого делать. В этот момент он жалел только об одном. Его руки ни как не хотели его слушаться, а ему так хотелось наконец обнять эту чудесную девушку.

Тем временем из за двери была слышна приглушенная возня, которую впрочем влюбленные не замечали. Звонарева и Гаврилова оспаривали друг у друга право на замочную скважину. Наконец примирившись и в последний раз по очереди взглянув на происходящее по другую сторону двери они удовлетворенные отошли в сторону.