— Превыше всего мы ценим красоту, — сказал Йоландалас и повел лапой, как бы охватывая этим жестом землю, горизонт и солнце. Нопилея тут же перевела сказанное. Художник продолжал: — Красота — это гармония и дисгармония, цвет и мрак. В силу необходимости функция должна уступить место форме, но времена темных солнцеворотов остались в прошлом. Великолепие Вселенной говорит само за себя каждой мельчайшей частицей. Наука и искусство, сливаясь, образуют единое целое.

— Это уже смахивает на религию, — заметила Елена.

И все же Ианама Зура была очаровательной планетой. Ее спокойные пейзажи, пленительные контрасты и просторные, чистые города умиротворяли и, казалось, были созданы для того, чтобы привносить мир в душу человека, пусть даже ненадолго.

— Мы знакомы с концепцией религии, — ответил Йоландалас, когда Нопилея справилась с переводом, — но для нас она уже давно стала пустой словесной оболочкой без какого бы то ни было внутреннего содержания. — Художник остановился, весело подмигнул Нопилее, слегка толкнув ее в бок, и продолжил: — Хотя теладинцы Планетарного Сообщества имеют свою религию, и имя этой религии — кредиты.

Нопилея попыталась протестовать, но делала это не от чистого сердца. Во всем, что говорил Йоландалас, была доля истины, причем не такая уж маленькая. А заверять его сейчас в том, что она, в отличие от всех других теладинцев Планетарного Сообщества, никогда не гналась за деньгами, а, напротив, даже планировала создать организацию «Нет профиту!», казалось ей неуместным. Так что она только покачала ушами.

Вечером, в позднюю стазуру первой полумиттазуры, художник по просьбе Елены посадил свой аэромобиль недалеко от баркаса. Космолетчице жутко хотелось есть, а кроме того, необходимо было обеспечить Чинн продовольствием.

В душе она ругала себя за то, что позволила себе на какое-то время забыть о Чинн и ее новорожденном малыше. На этой планете, естественно, не было ничего из тех веществ, которые могли бы есть люди или сплиты без опасности для жизни. На шлюпке, которой в свое время пользовались пираты — представители двух народов, сохранился небольшой запас пищевых концентратов, пригодных как для людей, так и для сплитов. Елена приняла решение разделить этот запас на равные части. Она попросила Нопилею поговорить с комиссией эстетов вместо нее, но все звонки оказались безрезультатными. Им отвечали, что Дирижер по-прежнему занят, но просил передать, что в следующую полную стазуру он снова сможет их принять.

— Я чувствую, что скоро расплачусь, — призналась она Нопилее. — По-моему, они не понимают, насколько важна наша миссия, что от ее успеха зависит жизнь членов нашего экипажа!

— Не нужно плакать, звездная воительница! Разве ты не говорила, что никогда не плачешь?

Елена слабо улыбнулась и положила руку на плечо Нопилей. Она вспомнила о том, что произошло на борту корабля терраформеров.

— Не волнуйся. Это оболочка мягкая, а орешек-то твердый! Обещаю!

Нопилея одобрительно фыркнула. Елена указала на художника, который все еще находился неподалеку.

— Эй, мне кажется, Йоландалас тебя ждет. Иди, а я отнесу Чинн немного питательных плиток. С этим я справлюсь и без переводчика.

— Правда?

— Ну конечно! Только не забудь вернуться завтра утром, слышишь?

— Хай, сестра! Удачного тебе профита! — С этими словами Нопилея побежала к аэромобилю, и вскоре маленькое транспортное средство с легким жужжанием исчезло в вечерней дымке.

Какое-то время Елена смотрела ему вслед, потом поднялась на баркас, начала искать продукты и складывать их в одно место.

— Проклятье! — Майор Селдон был вне себя, почти в ярости. — Мне это начинает надоедать! Эти семьдесят шесть процентов гарантируют вовсе не то, что мы прибудем в нужное место, а совсем даже наоборот!

На расстоянии нескольких астрономических единиц от них во мраке космоса находились три ослепительно-ярких солнечных диска, затмевавших своим светом все другие звезды.

— Мы прошли через ворота, — констатировала командир Борман, — но это не Рай Менелаи. Эта система вообще не относится к Планетарному Сообществу.

Ей даже не нужно было сверяться с данными компьютера, чтобы подтвердить свое высказывание. В Сообществе была только одна планета с тремя солнцами, но это была не она.