— Все в порядке, не так ли? — удостоверился он, но это прозвучало не как вопрос, а скорее как утверждение.

— Если вам так угодно, Гаффелт-сан.

Верховного Хранителя окружала какая-то почти священная аура, которую Сиобан ощущала как неприятную и ограничивающую. Даже тогда, когда Ной Гаффелт пытался казаться непринужденным и приветливым, в его словах все равно проскальзывали категоричные нотки, что, судя по всему, все остальные воспринимали как должное. Очень часто дискуссии резко обрывались только потому, что Гаффелт оглашал свое мнение или даже просто приближался к спорящим. Однако Сиобан не раз замечала, как в глазах Хранителя вспыхивало смущенное, почти смиренное выражение, когда происходило нечто в этом роде. Со временем она поняла: как бы страстно гонеры ни утверждали, что они не являются сектой в истинном смысле этого слова, в действительности они именно ею и были, пусть даже не совсем обычной. Они оказывали Верховному Хранителю особое уважение, возвысив его тем самым до уровня руководителя секты, хотел он того или нет. Вероятно, Гаффелт, являясь одновременно отражением тайных чаяний и желаний приверженцев того, что назвали Обществом Знаний, находился в таком положении вот уже много деказур. Скорее всего, и сам Гаффелт в душе понимал происходящие с ним изменения. Поэтому Сиобан уже давно всерьез не воспринимала сказочку о якобы чисто светском руководстве гонеров. Спорить с ним об участии в экспедиции Нину Гардна не имело смысла. Главное, чтобы от нее не потребовали взять с собой в полет мальчика!

— Йон не полетит! — непроизвольно вырвалось у нее.

— Нет, полечу! — воскликнул Йон, не дав Гаффелту с Нину открыть рот. По его лицу было видно, насколько это для него серьезно.

— Разумеется, он не полетит, доктор Норман, — сказал Верховный Хранитель. — Мы с ним вернемся в Храм.

Йон плотно сжал губы, но промолчал.

Чуть позже на территорию верфи пришли командир Борман и майор Селдон. На этот раз командование «АП Предвидение» было поручено Дитте Борман. Она все еще немного сердилась из-за того, что предыдущие экспериментальные полеты проходили с участием Селдона, а не ее, но старалась не показывать своей обиды.

— Ну что, будем писать историю? — пошутила Борман в кокпите, где она вместе с Селдоном проводила последние проверки работы систем перед тем, как начнется обязательный обратный отсчет времени до старта.

— Я тебя прошу, только после обеда! — ухмыльнулся Селдон. Он был знаком с Диттой Борман уже много язур, и его очень радовал тот факт, что хотя бы на этот раз он сумел ее опередить.

— Можем отправляться хоть сейчас, — ответила Борман серьезным голосом спустя несколько сезур, во время которых она проверяла работу индикатора данных. — Кто знает, возможно, наш завтрак был последним приемом пищи на этой планете.

— Смотри-ка, они поднимают крышу!

Селдон указал на территорию за окном кабины. Высоко над «АП Предвидение» между обеими половинами крыши огромного ангара появилась щель, и Сонра явилась им во всем своем великолепии.

— Командир Борман, майор? — Сиобан вошла в просторную кабину пилота. — Может быть, пора? Насколько я могу судить, корабль и переходный модуль находятся в отличном состоянии. А вы как думаете?

— Почти как новенькие, — ответила Борман. — Все системы работают в допустимых пределах. Ян, ты полюбовался на корабль снаружи?

— Естественно, — подтвердил майор Селдон. — Если бы я сам при этом не был, то в жизни бы не поверил, что всего какую-то возуру тому назад его чуть не поджарила сверхновая.

Когда появилась Нину Гардна, экипаж был наконец в полном составе. Представительница Гонера держалась на удивление тихо. Ее и без того светлая кожа была значительно бледнее, чем обычно. Она безумно боялась — и это было видно по ее глазам, — но, как выяснилось, не за себя.

— Что произойдет, если Сонра превратится в новую, пока мы будем в пути? — спросила она удрученно.

На этот вопрос Сиобан не могла ей ответить. Вместо этого она спросила:

— А разве Йон не придет попрощаться?

— Нет. Он, как мне кажется, очень сердит на меня. А я даже не знаю почему. Может быть, я больше никогда его не увижу. — Она помолчала и добавила: — И Кайла тоже.

В отличие от Нину, Сиобан не ощущала ни малейшего страха. Напротив, внутренне она была собранна и спокойна. Хотя она не хотела умирать, мысль о смерти ее не волновала. Но ее судьба была связана с судьбой Дейдре. Она должна была жить, чтобы могла жить Дейдре, где бы ее дочь сейчас ни находилась. Катастрофу необходимо предотвратить! Сиобан проводила Нину в маленькую каюту, где девушке придется провести все время полета из-за нехватки места в кабине пилота.

— У меня есть дочь, — сказала она как бы мимоходом, сама не зная, зачем говорит это Нину. — Я бы хотела снова увидеть ее до того, как мне исполнится сто лет.

Лицо Нину приняло изумленное выражение. Ей никогда не могло бы прийти в голову, что у этой постоянно холодной и неприступной Сиобан Норман может быть семья.

— А когда это будет? — поинтересовалась она.

— О, уже скоро. Через двенадцать язур.

— Это вы называете скоро! — На озабоченном личике Нину появилась слабая улыбка. — К тому времени я буду совсем седая, а Джулиан будет взрослым мужчиной.

— Джулиан? — настала очередь Сиобан удивляться.

— Я жду ребенка, Сиобан. Мальчика.

Сиобан покачала головой и засмеялась:

— Еще совсем незаметно, а имя уже выбрали?

— Мы с Кайлом недавно говорили об этом. Я хочу сказать, чисто гипотетически. Он еще не знает о своем счастье. А что незаметно, так для этого еще действительно слишком рано.

С Сиобан происходило что-то странное. На мгновение она ощутила прилив симпатии к этой прелестной молодой женщине. Вначале ей не удавалось найти определения этому чувству, так как она уже очень давно не испытывала его по отношению к кому-нибудь. В порыве захлестнувших ее эмоций она чуть было не обняла Нину и не прижала к себе, но насколько быстро нахлынуло на нее это чувство, настолько же быстро оно и исчезло.