В общем по настоящему красивых, хотя и совершенно чужих по своему облику существ, Стос в информатории не нашел и потому не очень-то удивлялся тому, что те же кассинтийцы добивались от арнис в числе прочего ещё и того, чтобы те поработали над их внешним видом. Теперь же, увидев их живьём, он понял, что те вполне оправданно шли в бой, вот только арнисы ничем не могли им помочь потому, как им не были ведомы любовные наслаждения, а стало быть и всё то, что с этим было связано. Между тем он уже обратил внимание на то, что те же кассинтийцы все поголовно носили пышные усы, которые скрывали их раздвоенную губу и выбривали себе лбы и щеки, оставляя, однако, короткие, аккуратные бородки.

Наверняка таким незамысловатым образом они пытались придать себе внешний вид присущий древним арнисам, которых, согласно сведений, содержащих в информатории, они издревле почитали богами, а те назло всем взяли, да, и обратились энергетическими дисками, тем самым оскорбив все разумные расы галактики Мистайль. Странное дело, но почему-то большинство этих существ мечтали измениться и стать подобными древним арнисам. В очень многих мирах этой галактики тысячелетиями передавались из уст в уста легенды о высоких и стройных богах, обитающих на Сиспиле, которые жили вечно.

Высокие, но довольно хилые и худосочные ариарцы пошли в своем стремлении к физическому совершенству намного дальше других и срастили свои тела с биомеханическими железками, став, воистину, несокрушимыми в рукопашном бою солдатами. Но и они увидев, как из своих челноков вышли рослые земляне, одетые в черные элегантные наряды с длинными фалдами, которых сопровождали столь ослепительные красавицы, зароптали. Стос, взяв Розу под руку, первым спустился с Мони по серебристым ступеням и шагнул к адъютантам, облаченным в диковинные мундиры. Хотя вблизи они не сделались красивее, он, вдруг, поймал себя на мысли, что они были куда симпатичнее, чем все те космические уроды, которых штамповали в Голливуде.

Они встали в шеренгу перед офицерами девяти космических флотов, а позади них выстроился чётким строем взвод вредителей в черном. Как это и было оговорено заранее, их тотчас пригласили пройти в огромный лифтище, в кабину которого смогли бы войти не менее тысячи человек. Их друзья остались снаружи и вокруг них тотчас стало сжиматься кольцо ариарцев, выставивших вперёд свои пушки. Парни посматривали на них насмешливо и стояли не шевелясь. Как только ариарские вояки подступили к ним вплотную, они шустро взлетели в воздух и бросились врассыпную, ловко маневрируя в полете и не давая никому сделать по себе ни единого прицельного выстрела.

Ариарцы дико взревели и открыли по ним плотный огонь, который, однако, не нанёс им никакого вреда. К их удивлению все эти бестии в черном, подлетев к стенам, тотчас проделали в них дыры и исчезли из вида. Хуже всего было то, что все четыре челнока, проделав под шумок здоровенные дыры в створках бронелюка главного пассажирского лифта, тоже куда-то удрали. Это вызвало жуткую панику и остервенелые вопли на взлётно-посадочной палубе "Гластрина". Такого свинства от заложников, отданных в их руки присланными с Сиспилы звёздными дипломатами-аферистами, никто из этих железноруких вояк не ожидал.

Тем временем лифт с адъютантами и жуликоватыми звёздными дипломатами уже поднялся на самый верх, прямо в большой зал, где собрались все главари военной коалиции, сколоченной против Сиспилы и едва не добившейся того, чтобы эта планета перестала существовать. Моня уже успел добраться до здоровенной технической штольни, где и притих, сделавшись невидимым, а заодно взяв на себя управление всеми системами огромного космического корабля, мгновенно отправив его главный компьютер в нокаут. Этому типу очень нравилось, что Стос ласково называл его хитрым жидом и он всячески старался оправдать это прозвище.

Идеалом мужчины для этого искусственного разума были два неразлучных кореша Изя и Менахем, которых так любил и ценил его создатель. Теперь этого хитрющего типа уже было невозможно чем-либо выкурить из его убежища и заставить оставить несчастный космический корабль в покое. Для начала он разнёс из мощных автоматических лазерных пушек пяток серебристых одуванчиков, после чего подорвал и сами пушки, устроив перепад напряжения, что привело всех, кто это видел, в изумление. Следующей его зловредной каверзой стало то, что он взял и включил мощную систему пожаротушения на протяжении всей взлётно-посадочной палубе.

Это привело к тому, что все солдаты и пилоты были покрыты с головы до пяток густой, вонючей, едкой пеной. Воду, этот злобный гад так и не включил, из-за чего у всех тотчас отпала охота охотиться за беглецами и ариарцы, яростно матерясь и дико кляня начальство, побрели в свои казармы, где тоже не лилась из кранов вода, а жара стояла такая, что пена быстро засохла на их хромированных железках. Это вызвало новый вопль ярости и все тотчас принялись рвать в клочья свои мундиры. Вот такой гад был этот железный Моня, который вознамерился, как следует, проучить ариарских вояк.