— А ты к нему пригляделся бы повнимательнее, царевич! — продолжила Ягарина, — У Вилана сережки серебряные в ушах и побрякушка такая же на шее висит. Ну что? Отблагодарил он тебя… за спасение? — усмешка юной ведьмы стала еще шире.

— Он меня тоже спас, так что мы были квиты, — царевич решил, что дальше отпираться уже бессмысленно.

— От кого же, интересно? Небось, от таких маленьких противных существ, еще постоянно мерзко хихикающих?

— Да-а, — удивленно протянул Иван. То ли она была очень хорошей ведьмой, то ли он чего-то здесь не понимал, — А что?

— Да ничего. Просто они по какой-то неведомой мне причине считают Вилана своим повелителем.

Лицо у Ивана вытянулось еще больше.

— Ему не стоит доверять, да? — он вдруг осознал, что оборотень отправился на поиски его друга, даже не спросив, как тот выглядит.

— Ну разве что в некоторых… определенных вещах, — хохотнула Ягарина, — А что был повод… хм… для потери… хм-хм… доверия?

— Что ты имеешь ввиду? — Иван не понимал, к чему она ведет.

— Не понимаешь, значит? Эх, царевич… А как тебя, кстати, зовут-то?

— Иван.

Ягарина расхохоталась.

— Что смешного?!

— Ха-ха-ха! Классика жанра! Иван-царевич и серый волк… хотя…, - она прыснула в ладошку, — Какой он, к черту, серый!

— Вы меня уже все достали! — не выдержал Иван, — Все постоянно говорят какие-то странные вещи, загадочно усмехаются. И на все мои вопросы отсылают к зеркалу!

— Ну извини, Ванечка. Но ведь ты, правда, такой хорошенький! Вот даже и Велена не устояла! Да и я тоже, — она лукаво улыбнулась, напоминая проказливого рыжего чертенка, — А кто тебя еще к зеркалу отсылал?

— И Велена и даже мой друг Корвень.

— О-о! Тогда мне все ясно!

— Что тебе ясно?

— Извини, но я опять же могу только отослать тебя к зеркалу!

Иван махнул на нее рукой.

— Ладно, хватит болтать попусту, — Ягарина вспомнила о своих обязанностях хозяйки, — Ты, наверное, хочешь умыться и переодеться?

— Да, я был бы очень тебе благодарен.

— Ты посиди здесь, а я ванну тебе приготовлю, — она резво вскочила с диванчика.

— Ягарина! Может, помочь чем? Воды натаскать?

— Не надо, у меня водопровод, — крикнула девушка, уже скрываясь за дверью.

'Водопровод? Это как? — пожал плечами царевич, — Вода прямо в дом, что ли, проведена? Интересно. Эх, Вилан! Наверняка меня обманул. И Корвеня даже искать не собирался. Но зачем ему вообще все это? И Ягарина — поможет или тоже обманет? И что мне делать теперь? Идти Корвеня искать самому? Но я в этом лесу до старости блуждать буду. Ладно, Корвень всю жизнь по лесам мотался, без меня он вряд ли пропадет. Только вот волноваться будет, куда я делся! Вот черт! Если эти лешачки слуги Вилана, то все это вообще могло быть подстроено. Но зачем?'.

В дверях появилась Ягарина и позвала его за собой. Помещение, в которое она его привела, на баню совсем не походило. Стены и пол были из мрамора. Посреди стояла большущая лохань — тоже мраморная — полная горячей воды. Ягарина протянула ему белый сверток:

— Вот, держи пока халат. А рубашку и брюки я тебе попозже организую. Вон там висит полотенце, в той бутылочке мыло.

— Спасибо.

— Спинку потереть? — она подарила ему озорную улыбку.

— Не надо, сам справлюсь.

— Ну давай, — и она оставила его одного.

Горячая вода после долгой дороги царевича совсем разморила. Он выбрался из ванны, широко зевая и закутался в длиннополое одеяние, названное халатом. Иван немного побродил по дому и нашел Ягарину на кухне. Она рылась по шкафчикам и выставляла всякие коробочки и баночки на стол. Иван присел на стул и стал за ней наблюдать, однако это занятие оказалось не лишенным определенных трудностей — когда девушка наклонялась за чем-нибудь, ее и без того коротенькое платьице еще больше оголяло ее соблазнительные бедра. Иван устал отводить глаза и через мгновенье вновь обнаруживать, что он на нее смотрит. Она была очень подвижной, и все ее движения были легкими и простыми. Она делала много лишних жестов, то почесывала затылок, забираясь пятерней в рыжие кудряшки, то прикладывала пальчик к губам, то сосредоточенно терла подбородок, то щелкала пальцами, тут же срываясь с места. Иван невольно стал сравнивать ее с Веленой, обладавшей расчетливой грацией хищницы. В каждом повороте головы синеглазой чародейки, даже когда она была в обличье кикиморы, чувствовалась гордость, иногда доходящая до надменности. Ивану никогда не было легко рядом с ней. А сейчас перед ним прыгала озорная девчонка, такая живая, теплая, уютная и в то же время, хранящая свою совсем не мрачную загадку. Маленькая ведьма, готовая даже свою силу использовать для баловства. Иван вспомнил ужасную бабку, теперь это показалось ему смешным.

— А что ты делаешь, Ягарин? — спросил он.

— Приворотное зелье! — она изобразила злорадную улыбку, — Чаю хочешь?

— Чтобы мне зелье подлить?

— Расслабься! Я его еще не сварила! И потом, с чего ты решил, что для тебя?! Вот втюхаю его тебе для змия, потом будешь от него по всем горам бегать! — она звонко расхохоталась, и Иван невольно подхватил ее смех.

— За что ж так жестоко, Ягарина?

— Почему жестоко? Горган — мужчина красивый!

— А мне-то это на что?!