— Ой, я совсем забыла! — побледнела девушка.

Она положила руку на запястье Ксейны и легко отодвинула его в сторону. Потом она надавила ей на плечо и Ксейна развернулась. Я наконец-то смог выбраться из объятий. Так же быстро незнакомка уложила Ксейну в более удобную позу и накрыла ее одеялом.

— Это ее личная особенность, — пояснила она направляясь к выходу из комнаты. — Немного странно, но обычно вопросов не возникает.

— Но как вам удалось ее сдвинуть с места? Я чуть плечо не повредил! — удивился я.

— Это просто. Я ее уже лет восемьдесят знаю. Она дала мне ключ.

— Дала что?!!

— Ключ, — повторила незнакомка. — Возможность на нее воздействовать.

— Но с чем связана такая любвеобильность?

— Ее просто тянет к человеческому телу, к объятиям, прикосновениям… Просто во сне это проявляется сильнее. Не удивляйся. Если она в тебя поверит, то будет через чур фривольна. Даже великие богини, освоившие все города Ожерелья, любят маленькие человеческие радости. Кстати, я — Леся.

— Меня, последние несколько раз звали Рексом, — усмехнулся я. — В том числе и Она. Видимо, придется взять это имя.

— А кто еще тебя так называл?

— Игорь.

— Если Игорь, то тебе придется быть Рексом! — протянула Леся. — Он всегда дает прилипающие клички.

— Стоп. Так ты та, о ком он вчера говорил? — заподозрил я.

— Наверное, — ответила Леся. — Шельмой назвал?!

— Назвал. Обоих. Правда, имен не говорил.

— Что же, он прав.

Однако! Не думал, что девушке понравится это слово.

Леся глубоко вздохнула:

— Если бы я не была шельмой, то не стала бы магом такой силы.

На мгновение ее голову украсила диадема, а потом она исчезла.

— Прости, но я не осознал уровня вашей силы.

Секунд пять Леся смотрела на меня с распахнутыми глазами, а потом пояснила:

— На мне Корона Стихий.

— Я балбес. Мне надо разжевать.

— Что такое магический артефакт слышал?

— Да.

— Мы его называем талисманом, — уточнила Леся. — Конечно, не совсем это слово верное, но все привыкли. Талисманы бывают личные и общие. Общие: жезл, меч, разная магическая атрибутика. Ах да, еще Знак Вечности.

— Звучит заманчиво.

— Выглядит не очень, но вещь полезная, — критично заметила Леся. — Знак Вечности превращает человека в Демиурга.

Леся щелкнула пальцами, столик между нами вдруг заполнили тарелки с разнообразными блюдами и бокалы с напитками настолько плотно, что пару блюд она развоплотила. Самое интересное, она сделала это совершенно рефлекторно, одновременно продолжая говорить:

— Большая часть талисманов личная. Такой талисман дается человеку навсегда. Или он его сам создает. Личные талисманы, как правило, разрушаются только знаком Вечности. обычно это меч или жезл, но попадается и экзотика.

— Мне нравится этот Знак Вечности.

— Ты, похоже, не совсем правильно меня понял, — улыбнулась Леся. — Когда он дается, то он освобождает своего владельца от всех привнесенных заклятий. Теоретически, его можно передать другому, но реально никто это не делал. По какому-то капризу судьбы Знак Вечности самостоятельно не обезвреживает талисманов приобретенных после него.

— Чуть хуже, но тоже неплохо. Я думал, он обезвреживает чужую магию.

— При желании может, — спокойно подтвердила Леся, — но ты же не будешь покупать автобус для поездок по дому?

— Если только по этому!

Я уже успел оценить размеры замка. Меня впечатлило.

— Здесь автобус не заработает, — довольно засмеялась Леся. — Да и не нужен он. Продолжаем лекцию о талисманах. Основными личными талисманами считаются: Рубин Зари, разная мелочь типа… этой… магической дребедени и, главное, Корона Стихий.

Названное украшение вновь возникло на голове девушки. В этот раз оно не исчезло и я смог его рассмотреть. Оно было сделано из то ли тигрового, то ли кошачьего глаза. Камни мягко светились, отбрасывая на лицо девушки легкие тени.

— Так, гаси светильник, — резко произнесла входящая Ксейна. — Потом похвалишься.

— Да, богиня, — смиренно вздохнула Леся, но чертики в ее глазах сплясали джигу.

— Ну зачем тебе это, — устало спросила Ксейна. — Как будто мало богинь.

— Но ты Первая.

— Да хоть минус первая. Мне эти: "О, несравненная!" — Ксейна на миг закатила глаза и скривила губы, — надоели еще во Втором Городе.

— А в первом? — уточнил я.

— А в первом я была всего сорок лет, — ворчливо пояснила Ксейна. — Там просто не успели ничего сообразить. Чего я забыла в тамошнем Совете?