Он снова пошел к двери, и, прежде, чем он ступил за порог, еще семь магов поднялись и вышли из-за стола. Через несколько минут за ними последовали еще шестеро Магистров, включая Мудрую Тойнан. Всего одиннадцать Магистров и восемь магов покинули Собрание, да и Орден, возможно, тоже. Почти все, кто голосовал «за».

Казалось, молчание длилось вечно, как будто оставшиеся не в силах были осознать, что только что произошло под большим изображением Амарида, украшавшим потолок Великого Зала.

— Что же теперь нам делать? — наконец спросила Урсель, нарушив гнетущую тишину.

Сонель пожала плечами и повернулась к Бадену в ожидании ответа.

Но Баден лишь растерянно посмотрел на всех, покачал головой и прошептал:

— Я не знаю. Просто не знаю.

Проследить за ними не составляло труда, даже когда Мелиор сменила громоздкий черный мобиль на маленький и более маневренный белый. К тому же Хранитель и чародей на улицах Наля были все равно что вестры в храме Лона Правда, Мелиор, казалось, не подозревала, что ее преследуют. Она соблюдала некоторую осторожность, но знай она, что у нее на хвосте Лезвие, вела бы себя совсем иначе. Вряд ли она ограничилась бы переменой машин, редкими спусками с Верхней дороги на улицы и петлянием в квадах. Лезвие мог внушить страх кому угодно, даже Мелиор И Лакин.

Он так долго жил с этой кличкой, что уже никто не помнил его настоящего имени. Оно и к лучшему: прозвище ему нравилось, а если учесть, чем он зарабатывал на жизнь, то и подходило как нельзя кстати, даже несмотря на то что он предпочитал пользоваться не ножом, а громадным ручным лучеметом. Сейчас в его черных волосах уже пробивалась седина, и недавно ребята стали называть его Серебряным Лезвием. Сначала он решил, что это признак неуважения, и запретил им так его называть. Хуже нет для наемного убийцы, если люди будут знать, что он стареет. Но вскоре он понял, что это скорее знак отличия, дань его невероятной способности выжить в профессии, которая вовсе не способствовала долголетию. Серебряное Лезвие. В конце концов он заключил, что достоин такого отличия — ведь он ветеран. А его успех основан на одном простеньком правиле: никогда не берись за работу, которую не сможешь выполнить.

Но теперешнее дело было опасным. Когда Седрик сообщил, кто будет третьим, Лезвие захотел было отказаться от заказа. Связаться с гилдринами и колдуном — это уже не сахар, слишком много непредвиденного риска Он не слишком-то верил в байки о пророческих снах и волшебстве. Скорее был убежден, что многовековые притеснения гилдринов основываются на чистейших домыслах и предрассудках. Пока что ему не приходилось сталкиваться с прорицателями, и вопрос, есть у них сверхъестественные способности или нет, не слишком-то его волновал. Однако это вовсе не означало, что он жаждет иметь с ними дело. Но ему нужно убить не только Хранителя и тобин-серского чародея, но и самого лучшего уличного бойца из всех лордов Седрика. Заказ стал слишком уж трудоемким. Оверлорду придется выложить за него немалые деньги.

Он обнаружил их уже на следующее утро после ночного разговора с Седриком. Переговорив с оверлордом, Лезвие сразу же разослал своих людей следить за квартирой Мелиор, конторой Седрика, тренировочным центром и, поразмыслив, отправил еще нескольких к квартире командира ее телохранителей, Джибба. Оказалось, что именно здесь Мелиор, Хранитель и чародей и провели ночь. Узнав об этом, Лезвие сообразил, что Джибб может присоединиться к ним, что еще больше усложнит задачу. Но позже соглядатай донес, что рано утром они вышли из квартиры втроем, без телохранителя. Люди Лезвия сели им на хвост и последовали за ними на Верхнюю, где Лезвие с восьмью головорезами в двух мобилях и перехватил их через пару часов.

Мелиор чуть было не оторвалась от них, когда пересела в другой мобиль, но Лезвие за долгое время так поднаторел в преследованиях, что такая простая уловка не могла сбить его со следа. Вскоре он снова обнаружил ее и теперь держался на достаточном расстоянии, чтобы не спугнуть, но в то же время успеть быстро среагировать, если она обнаружит погоню.

Все это было уже почти два часа назад.

— Как мы это провернем, Лезвие? — спросил Ульбин по рации, до неузнаваемости изменявшей его низкий голос.

Лезвие слегка поразмыслил.

— Похоже, я понял смысл ее перемещений, — наконец сказал он. — Она двигается на северо-запад по Верхней где-то в течение часа…

— А потом низом четыре-пять квадов на восток,— перебил Ульбин, договорив за командира. — Я тоже заметил. Любопытный образец нестандартного запутывания следов. — (Лезвие живо представил, как Ульбин от удовольствия прищурился, оценив хитрость Мелиор. Они с Ульбином долго проработали вместе.) — Прихватим их внизу?

Лезвие снова взвесил все возможности. В другой раз это не имело бы значения. На Верхней несчастные случаи происходят каждый день, было бы несложно покончить с ними здесь, не вызывая особых подозрений. Но Седрик ясно дал понять, что все должно быть выполнено чисто и тихо. А платит — он.