– Моя дорогая, американский поверенный вашей родственницы не сказал вам, что вы получите что-то еще, когда приедете в Шотландию и исполните волю Беллы?

– Да, я так поняла, что он говорит о какой-то фамильной обязанности.

– На самом деле это означает, что после того, как вы развеете прах Беллы пятнадцатого октября, вы унаследуете половину ее состояния.

Энн вскочила.

– Пятнадцатого октября? И не раньше?

– Но я думал, вы знаете, – озабоченно сказал Мак-Криммон.

– У меня только двухнедельный отпуск – я даже не подозревала о такой задержке!

Рори Мак-Дональд коротко рассмеялся.

– Странная реакция… Говорить о такой чепухе, став наследницей крупного состояния. Хотя что еще от вас ждать, если вы даже не знаете день рождения женщины, которая оставила вам пять миллионов фунтов.

– Что?! – Энн осела в кресло, прижав руку к груди. – Что вы сказали?

Не дождавшись от него ответа, она обратилась к Мак-Криммону.

– Что он сказал?

– Это правда, Энн. Ваша родственница оставила вам большую часть своего состояния. Ну, тут есть разные пункты – друзьям, благотворительность, но если вы останетесь в Данрэйвене до октября, половина перейдет к вам. Вам очень повезло.

«Повезло? – растерянно подумала она. – Может быть, только если бы я могла хоть что-нибудь понять».

Она быстро глянула на Рори Мак-Дональда. Богатство, может быть, и сулит сущий рай, но мрачное лицо лэрда Данрэйвена сулило ей все муки ада.

2

– Пять миллионов долларов? – после паузы выдохнула Энн.

– Фунтов, – с улыбкой подчеркнул Мак-Криммон. – Это немного больше, чем в долларах.

– Боже мой! Пять миллионов чего-то там – да в это невозможно поверить! – Она тряхнула головой. – Но почему об этом не сказали с самого начала? Я думала, что еду в Шотландию на неделю… самое большее – две. Что Белла дала мне шанс приятно провести несколько дней в старинном родовом замке. Я ехала похоронить ее прах и вернуться домой.

– А Данрэйвен? – тихо спросил Рори.

– Что вы имеете в виду?

– Белле принадлежала половина замка, Энн, – пояснил Мак-Криммон. – Если вы останетесь здесь до середины октября, она перейдет к вам.

– Мне будет принадлежать половина этого? – Она обвела рукой комнату. – Но… я не верю.

– И я тоже, – сказал Рори.

– Это чудесно, но что мне делать с замком?

– Хороший вопрос.

Она изучающе посмотрела на него.

– Я понимаю, почему вы так расстроены. Это ведь не просто сто тысяч?

Он махнул рукой.

– Меня не волнуют деньги. Но то, что Белла решилась отдать на сторону половину дома предков Мак-Дональдов…

– Ладно, – сказала Энн. – Мы можем все это просчитать. Строго говоря, я полагаю, что замок мне ни к чему…

– О, я вижу, куда вы клоните, – прервал ее Рори. – Вы собираетесь предложить нам заключить сделку – чтобы я потратил свою долю наследства на выкуп или что-то вроде того.

– Я не…

Рори кивнул.

– Боже, хватит и того, что Белла передала Данрэйвен иностранке. Но почему она выбрала человека, который не способен даже оценить его по достоинству? Для вас это всего лишь случай получить больше денег.

– Я…

– Да к тому же ваш план не сработает. Моя доля в наследстве состоит из половины этого замка, разоренной фермы и винокуренного заводика, на котором занято пять человек.

– Белла совсем не оставила вам денег? – недоверчиво спросила Энн.

– Поймите правильно, – вскинулся Рори. – Мне не нужны деньги Беллы.

Энн обратилась к Мак-Криммону:

– Почему Белла захотела оставить так много постороннему человеку и почти ничего – собственному внучатому племяннику?

– Это из-за легенды, Энн. Белла твердо верила в нее.

– Какой легенды?

– Легенда о Камнях Данрэйвена, – продолжил адвокат.

По знаку Мак-Криммона Рори поднялся и пересек комнату, направившись к ореховому секретеру. Открыв стеклянные дверцы, он достал два предмета и показал их Энн.