Шрифт:
Корр.: Доктор Опух, как вы оцениваете находку эпоса «Увээн»?
Д-р Л. Опух: Это поистине эпохальное событие, которое окажет влияние на дальнейшие судьбы современной цивилизации.
Корр.: Каким, по Вашему мнению, будет это влияние?
Д-р Л. Опух: Огромным.
Корр.: Э-э…
Д-р Л. Опух: И вообще: только полный кретин, каковым является доктор Упс, может считать, что родина «Увээна» – Полусредняя Азия. Повторяю для тупиц: размах событий, описанных в эпосе, был возможен только на огромных пространствах между Ближним и Дальним Востоком! И нигде больше.
Корр.: Очень интересно, доктор Опух. Как Вы полагаете, могут ли увенчаться успехом поиски легендарной столицы увээнов, как когда-то – поиски Трои Генрихом Шлиманом?
Д-р Л. Опух: Остается только сожалеть о той легкости, с какой средства массовой информации распространяют домыслы, которыми столь щедро делится с представителями прессы доктор Упс. Лишь полный кретин может называть Уву столицей. Повторяю для тупиц: Ува – это город-государство! О каком столичном статусе Увы может идти речь, если других городов в этом государстве попросту не было?!
Корр.: Э-э… Спасибо, доктор Опух.
Д-р Л. Опух: Пожалуйста. И мы еще посмотрим, кто на самом деле является крупнейшим увээноведом!
Как ныне сбирается буй [33] Увээн
Отмстить неразумному дяде.
И селам, и нивам, и городу Н. [34] ,
И каждому хоботу в стаде [35] ,
33
Буй – крутой.
34
Одно из темных мест эпоса, которое ученые надеются со временем прояснить. Возможно, под «городом Н.» подразумевается Ува, не называемая прямо по соображениям военной секретности. Как мы знаем, в литературе более поздних времен этот интригующий прием использовался довольно часто.
35
Еще одна неясность. Не исключено, что в армии дяди Увээна имелись боевые слоны, и герой таким образом выражает намерение расправиться и с ними тоже. Но существует вероятность, что слова «каждому хоботу в стаде» – завуалированная угроза ближайшему окружению тирана. В таком случае здесь недвусмысленно высказано резко негативное отношение героя к приспешникам вероломного дяди. Думается, что в этих словах содержится также обидный намек на некоторые черты их внешнего облика.
С дружиной своей, набирающей вес,
Он всем приготовил хороший отвес [36] !
Несмотря на опасность вызвать обострение научной полемики между крупнейшими увээноведами, редакция все же сегодня вновь предоставила слово доктору П. Упсу. Дело в том, что коллектив ученых, занимающихся реконструкцией памятника, совершил серьезный прорыв в область неизведанного. Подвижникам науки удалось реконструировать фрагмент, в котором излагается миф о возникновении увээнов как самостоятельного народа. Значение этого впечатляющего достижения ученых трудно переоценить. Вот что сообщил нашему корреспонденту доктор П. Упс.
36
Отвес – здесь: урок (ср.: оказать педагогическое воздействие – «отвесить подзатыльник»). Ученые полагают, что именно от этого слова произошло имя бога Отвеса, верховного божества в пантеоне увээнов.
Д-р П. Упс: Научная этика не позволяет мне адекватным образом, то есть средствами бранной лексики, охарактеризовать мыслительные способности доктора Опуха и его псевдонаучные концепции. Всякая иная лексика тут бессильна. Да. Что бы ни говорил по этому поводу мой уважаемый оппонент, увээнская мифология, содержащая развернутую космогоническую теорию, центром земного мира, так сказать – его осью полагает некое легендарное дерево, смола которого обладает особыми свойствами. И вот именно они, специфические свойства добытой из данного дерева смолы, обусловили этнический облик и в целом – образ жизни увээнов, их систему ценностей, их культурную миссию в истории мировых цивилизаций. Да.
В пустыне чахлой и скупой,
На почве, зноем раскаленной,
Алкач [37] , как грозный часовой,
Стоит – один во всей вселенной.
Природа жаждущих степей,
Как видно, пошутить решила
И зелень пьяную ветвей
И корни спиртом напоила.
37
Алкач – древо спирта.
К нему и птица не летит,
И тигр нейдет: лишь вихрь патлатый
На древо спирта набежит -
И мчится прочь, уже поддатый.
Но человека человек
Послал к алкачу с медной флягой,
И тот послушно в путь потек
И к утру возвратился с влагой.
Принес – и ослабел и лег,
Неподходящий для веселья,
И умер он у царских ног
От неизбывного похмелья.
А царь тем спиртом напитал
Своих людей сердца и вены.
И с той поры – не просыхал.
Так появились увээны!
Вот уже третий месяц все мировое сообщество, затаив дыхание, следит за ходом работ по реконструкции и расшифровке древнейшего эпоса «Увээн». Нужно ли говорить, с каким благоговейным трепетом прикасаемся мы к бесценному сокровищу, вобравшему в себя мудрость многих тысячелетий. Работа ученых идет трудно, очень трудно. Однако не менее трудна и работа, происходящая в умах людей, вынужденных, с каждой новой публикацией, отказываться от устоявшихся стереотипов мышления, ошибочных суждений об эволюции человечества. Кому-то может показаться, что осуществляемая нами публикация фрагментов гениального произведения бессистемна, что лучше подождать, когда расшифровка эпоса будет завершена, и опубликовать «Увээн» целиком, в логической последовательности составляющих его частей. Но есть и другая точка зрения на данную проблему. Немедленная публикация расшифрованных фрагментов эпоса «Увээн» позволит бессмертному созданию увээнского духа уже сегодня, сейчас войти в сознание и сердца наших современников и начать там свою очистительную работу. Кроме того, ознакомление наших уважаемых читателей с самим ходом работ, с поисками и сомнениями людей, пребывающих на переднем крае науки, по глубокому убеждению редакции, – весьма поучительная и высоко значимая культурная миссия.