Паша замер в ожидании ответа уважаемого человека. К вопросу нового "погоняла" Паша подготовился основательно. Для этого он замучил одного "очкарика", так в роте звали парня, окончившего ветеринарный техникум до призыва в армию. Тот выслушал задание, ничего не понял и начал с известных ему одомашненных животных. Бык, баран, козёл, ишак. Обиженный Паша слегка побил его и тот перешёл к хищникам из дикой природы. Название одного из них из класса "кошачьих" Паше очень понравилось. Теперь он с надеждой смотрел на "Доктора" и тот его не обидел:

— Ладно! Ты просишь? Разрешаю! Будешь теперь "Гепардом". Объявишь всем о моём решении. Давай дальше!

Лицо Паши засветилось от радости. И он начал рассказывать о делах организации возглавляемой им. Свой рассказ начал с доходов. За пять минут изложил всё и протянул листок бумаги с цифрами наличности поступлений в общую кассу. После этого скромно замолчал, смотря на "Доктора" преданным взглядом. Тот надежд Паши не обманул! Похвалил! Сказал, что он подумает, что ещё можно сделать для улучшения работы. На прощание Паша протянул "Доктору" пакет:

— Это тебе перекусить!

"Доктор" взял пакет и покинул курилку. Паша и околевшие "шестёрки" перегоняя друг друга, бежали в казарму. Надеялись отогреться. Рук, ног, носов уже не чувствовали. Впечатление было такое, что "Доктор" их отрезал. А приклеил или нет? Предстояло выяснить. Вот и спешили.

Виктор так сильно не замёрз, но в казарму возвращался, с трудом волоча своё тело. Оно всё болело и ещё отчаянно хотелось есть. Он тащился к своему углу и отчаянно ругал себя. За ужином почти не ем. Положенную пайку хлеба надкусил и отложил. Мог хотя бы в карман сунуть, а сейчас сжевать. От таких мыслей во рту скапливалась слюна. Виктор дошёл до угла и сел на пол у регистра. Живот теплу обрадовался, но пищи требовал усердно и здесь Виктор вспомнил о свёртке, данном ему Пашей при расставании. Развернул его и обомлел. Кольцо одесской колбасы, два куска рыбы жаренной "хека" и четыре куска белого хлеба-кирпичика щедро намазанные маслом. Умял всё моментально. От сытости окосел и задремал. Проснулся от крика дежурного по роте:

— Рота! На вечернюю поверку становись!

После поверки раздалась сладостная команда:

— Рота приготовиться к отбою!

Следующей команды он уже не слышал. Провалился в глубокий сон, едва голова коснулась подушки.

Утром еле встал. Сползал на зарядку. Только умывшись холодной водой, другая вода из крана умывальника не текла, пришёл в себя. Поход строем с песней на завтрак, сам завтрак вернули силы. Впереди было утреннее построение и развод. Странное слово, ассоциирующееся в гражданской жизни совсем с другим процессом. Не понятно!

Помог понять всё правильно командир роты. Ему успели доложить о "производственных успехах" вчерашнего дня и теперь он, прохаживаясь перед строем роты, обозначил и их и работоспособность солдат, и их трудовой энтузиазм:

— Черепахи без мозгов! Мухи, сонные! Бегемоты!

Только эти три определения и были пристойными. Все остальные наименования и определения относились к органам человека и другим матерным выражениям. Многие выражения Виктор знал, но гораздо больше выражений он слышал впервые. В шок не впал и не покраснел так, как уже знал истину, командир роты отвечал за всё. За дисциплину, внешний вид и жизнь бойцов. И самое главное отвечал за выполнение выработки и социалистических обязательств. Вот и матерился.

Замполит отвечал за проведение политзанятий, комсомольских собраний, политическую зрелость солдат и наушничество. Стройбат это не строевые части. Правда в случае успеха в ударном труде замполита тоже вспоминали и поощряли. В силу этих его обязанностей и ответственности выступление замполита и было мягче. Он стыдил комсомольцев, резерв партии и призывал к победе социализма. Против этого никто не возражал. Пусть победит!

Зам командира роты по технической части отвечал за техническое оснащение. Относились ли сюда ломы, мётлы и лопаты? Сказать трудно. Другой техники не было. Наверно поэтому он не выступал, а просто стоял с отсутствующим взглядом.

За что отвечали старшина роты и командиры взводов? Сказать можно, но к выработке и плану отношения они не имели. Командир роты мог материть и их и зама по технической части и солдат, всех кроме замполита. Но это было всё, что он мог сделать. Рукоприкладство и розги устав запрещал.

В этот день он принял мудрое решение. Все кроме замполита и старшины роты идут с солдатами на работу и гоняют этих…

На чистку дороги пошли все, кого поименовал командир роты матерными именами. В работу впряглись дружно и с отдачей. Только сначала собрали дров для пяти костров. Возле них должно было греться командование роты в перерывах между повышениями разными средствами по разным местам трудового энтузиазма солдат. Это и понятно. Зима мороз.

Солдаты сачковали, как могли, но бдительные командиры сумели увлечь их энтузиазмом и борьбой за показатели. В этот день был поставлен рекорд! По три с половиной километра на нос. Нос Виктора вошёл в общее число тоже. Но нормы так и не выполнили. В часть вернулись к ужину. Обед привезли в термосах на место трудового подвига. Вернулись в часть! Вообще это громко сказано. Ближе к истине будет определение, приползли.

Снова после ужина солдат остался хороший ужин для живности подсобного хозяйства. Пакет с дополнительным пайком для Виктора лежал на его кровати, а возле неё стоял бледный дневальный отдыхающей смены. Он увидел, подошедшего к своей кровати Виктора, облегчённо вздохнул и сбежал.