Утром сержанты подняли всех в 6.00. Кроме них в казарме был старший прапорщик крупный мужчина лет 45 с седыми волосами. Это был старшина роты. И закипела жизнь. Призывникам выдавали форму, постельное бельё, пока всё слаживали на кровати, где спали этой ночью. После завтрака была намечена баня и переодевание в форму. Завтрак съели быстро. А дальше жили по воинскому уставу. 15 минут помыться и переодеться. Свою гражданскую одежду сдать старшине. Кто хочет? Может её упаковать и отправить домой. Таких желающих не нашлось все приехали в старых вещах годных только на выброс.

В 9.30 переодетые в форму призывники преобразились, стали похожи на солдат, но не все. На Викторе получившим самый малый 46 размер, правда, третий рост форма сидела, как на Пьеро. Из сказки "Буратино". Ещё один парень худой и высокий был похож на огородное "пугало". Зато третий полный и низенький застегнуть форму так и не смог. Ни куртку, ни штаны. Хотя и старался. Остальные смотрелись немного лучше.

В казарме появились два старших лейтенанта, лейтенант и два прапорщика. Они и созерцали стоявшие карикатуры. Один из старших лейтенантов подозвал старшину и громко сказам:

— Петрович! Бери обоих прапорщиков в помощь и разберись с этими клоунами! Смотреть тошно! Увижу их дальше казармы? Накажу Вас и сержантов! Выполняйте! Ну и солдат послал мне Бог! Наверно, все мои предки очень виноваты перед ним. Пойду в штаб плакаться!

Все три офицера повернулись и ушли. Оставшиеся прапорщики и сержанты разделили призывников почти честно и занялись ими. А призывники, вооружились иголками, нитками занялись шитьём, кто как умел. Понятно умели не все и не очень. Под маты сержантов и прапорщиков, получив по паре подзатыльников, кое-как справились.

После обеда знакомились с командованием роты, а командование роты знакомилось с новыми солдатами. Пока солдатами только по внешнему виду и то условно. Так и прошёл день. Утром следующего дня прибыла сборная команда из 62 человек. Она была сборной в полном смысле этого слова, ибо в ней были представители всей многонациональной страны. Таджики, узбеки, казахи, армяне, грузины, мегрелы. Вся эта многонациональная команда состояла из парней разных возрастов, разного интеллекта. Были среди них жители городов, посёлков, кишлаков, аулов, деревень. Очень маленьких и глухих. Некоторые с трудом понимали русский язык, а уж говорить на нём и не пытались.

Здесь Виктор вспомнил мысли, военкома о том, кто годится в военные строители. Эта команда и была наглядным подтверждением его мыслей. И снова началась суета переодевания. После обеда она усилилась, прибыли 23 человека призывников из Черкасс, Умани, Чернигова. Прибывшие призывники добавили хлопот и проблем. Старшина звонил, бегал по другим старшинам, пытаясь подобрать форму для вновь прибывших призывников. Не гуляли и остальные офицеры, прапорщики и сержанты. Они тасовали, делили людей по взводам. По отделениям делить предстояло позже. Составлялся алфавитный список роты с подробными учётными данными. Где родился, когда, образование, кем работал, партийность, национальность, домашний адрес. Эта суета с перерывами на обед и ужин продолжалась до вечера.

Вечером на вечерней поверке зачитали списки взводов. Представили командиров взводов. Командирами 1 и 2 взводов были прапорщики, 3 взводом командовал один из сержантов. Второй сержант уже отслужил положенные два года и через неделю подлежал демобилизации. Потом ещё час размещались повзводно, занимали кровати. Виктор попал в 3-й взвод и получил верхнюю койку.

Следующий день начался с подъёма, пробежки, зарядки. Потом строевая подготовка с перерывами на обед, ужин и занятия. Изучение устава и снова строевые занятия. Политзанятия, строевые занятия. Только после ужина можно было присесть отдохнуть. Это называлось самоподготовкой и свободным временем. Потом вечерняя прогулка строем с песней. Туалет, вечерняя поверка и отбой. А утром всё сначала. И так 45 дней карантина до принятия присяги.

Виктору романтика воинской службы надоела уже через десять дней. Однообразные дни угнетали. Даже в воскресенье, законный день отдыха, шагистикой занимались до обеда. Как выразился командир роты:

— Стаду баранов учиться ходить нужно сутками!

Вот и учились. Но от стада не отличались. Образовалась и ротная элита. Замполит подобрал кандидата на должность комсорга роты. Его и выбрали на очередном комсомольском собрании. Старшина подобрал себе "каптёра", сапожника-швею. Командиры взводов подобрали кандидатов на должности командиров отделений-бригадиров. Нормировщица роты, жена замполита, подобрала себе помощника. Командир роты подобрал себе ротного писаря.

В один из дней исчез сержант, отслуживший свой срок. Его койку занял комсорг. Постепенно все втягивались в быт солдатских будней. Ходили в наряды по казарме, убирали территорию, драили загаженный деревянный туалет, ходили в наряды по кухне. Получали дополнительные наряды, в наказание. Смогли осмотреться вокруг и узнать, куда их забросила судьба.

Отряды ВСО были отдельными воинскими частями, имели свои адреса полевой почты. Были эти отряды временного расквартирования и постоянного базирования.