— Ну, здорово, что ли!

Он так стиснул мою ладонь, что я чуть не присел:

— Мы уж думали — тебя и в живых-то нет.

— Мафия бессмертна… Ну, как вы там без меня? На Гнездо больше налетов не было?

— Налетов не было, только оцепление еще с неделю держали после того, как ты ушел. А в общем и целом — порядок. Ты-то как?

— Замысловато. Помнишь, ты на странности моей биографии внимание обратил? Не зря, как выяснилось.

— Ну-ка, а что такое?

— В пять минут не обскажешь. Да, слушай, а что тогда звучало насчет того, что вы меня будете три дня ждать? Что стряслось-то?

Роджер усмехнулся в пшеничные усы:

— Да ты, парень, никак, в календаре запутался. Стряслось то, что мы тебя, как и условлено было, через три недели после твоего отлета ждали здесь три с лишним дня, вот по этому самому адресу.

Что-то тяжело провернулось в голове, я приостановился:

— Погоди-ка… А какое сегодня число в таком случае?

Вся честная компания уставилась на меня как на психа, потом Роджер проинформировал:

— Шестнадцатое июля, 216 год Империи.

Так, а вот это уж совсем чудесно… Словно отвечая на эту мысль, над городом понесся заунывный трезвон колокола на башне Клыка.

— Уже семнадцатое, — услужливо сообщил Слиггер. Я немного постоял, чувствуя, как немеют щеки, потом тихо выругался и выскочил на улицу. Вслед мне донеся недоуменный вопрос Хромого:

— Что это с ним? Припадок?

Припадок! Провалиться им, таким припадкам! Я стоял, уставившись в небо, а на востоке над крышами медленно поднималась луна — рыжая, как медный таз. Круглая, без единого изъяна. Нет, но вот это надо ж так лопухнуться, просто классика! Сам бы себе за это по заднице напинал, честное слово! Придурок, кретин, лопух злокачественный! Ну ладно, допустим, день у меня потерялся — скорее всего, когда я по тракту пер, в бреду ведь был… Так меня этот козел, с белым султаном, из Братства, человечьим языком предупредил: «В полнолуние»! А мне для того, чтоб фазу луны определить, даже на небо пялиться не надо, я ж это чувствую! Вот угораздило! Ладно, себя ругать можно долго и обидно, а вот толку от этого нуль. Я разжал кулаки и повернулся обратно к двери.

Войдя, я с порога объявил:

— Поздравьте, я дебил.

— Поздравляю, — откликнулся Хромой. — А что такое?

— Просто сегодня полнолуние.

— Ты в это время всегда такой?

— Да, если в этот день на меня очередную охоту начинают.

— Опять с кем-то подрался, — буднично констатировала Гельда. — С кем хоть на сей раз?

— Серое Братство. Слыхала про таких?

Явно слыхала — сделала глаза по полтиннику:

— Их-то ты где нашел?!

— Не я их, они меня… Ладно, не принципиально. Раз такие пирожки с котятами, давайте не будем терять времени.

— Что еще за Братство? — нахмурился Роджер.

— Долго объяснять. Слушай, тут такое дело: со мной трое ребят, из них двое — инструктора, я тебе про них рассказывал. Можешь их к себе определить?

— Н-ну… Тут подумать надо.

— Только думай быстрей, на нас уже стража глаз положила.

— Ну, разве что под твое ручательство. А ты тоже с нами?

— Да шут его знает… Надо одного деятеля найти — того, который десантом руководил — да посчитаться с ним.

— Опять с кем-то разбираться собрался, — Гельда осуждающе на меня смотрела. — Дождешься — убьют.

— Убить меня и сегодня могут… Вся надежда на то, что эти Серые братцы в Столицу сунуться не рискнут.

— Ты ж рискнул… — буркнул Хромой. Роджер повернулся к нему:

— Гарви, можешь ребят хоть на одну ночь у себя поместить?

— Сложности есть, — нехотя отозвался тот, я поспешил вмешаться:

— Сложности в том, что ребята до недавнего времени работали на Институт. Затем их вместе со мной попробовали убрать, и в результате — мы здесь.

— Так и быть, — решился Роджер. — Гарви, ты как?

— Что делать, — согласился с видимой неохотой Хромой. — Только стражу за собой не притащите. Или этих, как их…

— Тогда я пошел. Роджер, ты со мной?

— Годится, — пожал он плечами.

— Я тоже, — заявила Гельда. Я чуть не взвился: