— Я чуть не умерла! Они могли меня загрызть!

— Не преувеличивай, — строго сказало привидение. — Крысы — всего лишь наваждение. Ты искала людей, похожих на себя. Ты ведь за этим пошла на станцию.

— На какую станцию?

— Ну… (как вы говорите?) к Реактору. Реактор — это бывшая атомная станция. — А-а…

Очень понятно.

— Ты думала, там есть кто-нибудь… что-нибудь… такое, что поможет тебе. Так вот, я и есть твоя помощь. Я могу подарить тебе любой мир. И ты станешь в нем, кем захочешь, — хоть нищей попрошайкой, хоть божеством. Я предоставлю тебе право выбора.

— Вообще-то я хочу…

— Ди-и-ина!

Голос Сержика ворвался в Междумирье, словно ураган, поднимая на своем пути огромные волны из воды и песка, в которых исчезли корабль с алыми парусами, белые птицы и привидение. Нетронутым стихией оказался только тот клочок земли, где сидела я. Конец света продолжался несколько мгновений, а потом все закончилось.

— Какой он у тебя, оказывается, настойчивый, — удивленно заметило привидение, снова появляясь рядом. — Знаешь, по-моему, тебе лучше поторопиться с выбором, иначе твой приятель разнесет нашу и без того хрупкую реальность в клочья.

Я улыбнулась. Вспомнила сильную руку, вытаскивающую меня из трясины, метро и крыс, глаза — карий и голубой. Да, Серый всегда, был необычайно упрям.

— Я хочу вернуться.

— Подумай хорошо, Диана Странная, — сердито сказало привидение. Похоже, ему не понравился мой ответ. — Второго шанса у тебя не будет.

— Мне не о чем думать. Там — мой дом. Разве тебе это не понятно?

Привидение вздохнуло.

— Стоило мне так распинаться… Могла бы сразу сказать. Выход там же, где и вход, — оно протянуло руку в сторону синей кромки воды. — Ныряй. Если переборешь страх, вернешься в свой мир живой.

— А если нет?

Привидение хмыкнуло, и я тут же пожалела что спросила. Я встала подошла к воде. Волна коснулась моих ног, обжигая не то холодом, не то жаром. Мне стало страшно.

— Ты сделала свой выбор, Диана Странная, — напомнило привидение из-за спины. — Теперь поздно отступать.

В его голосе звучало неприкрытое злорадство. Ну, уж нет! Не хочу, чтобы меня потом приводили в качестве примера, посетителям этого «Эм-мирья»! Разозлившись и забыв о страхе, я, с разбегу нырнула в набегающие волны бесконечных водных просторов, что (я это вспомнила) называются «океаном». И снова испугалась. Мелькнула мысль, что заплесневелый призрак обманул меня, отправил на верную смерть, чтобы восстановить самоуважение. Я задыхалась. Мертвому все равно, в каком мире его похоронят. Как говорят: «Вода дала вода взяла»…

Я готова была сдаться… Нет, я уже сдалась, но чья-то рука схватила меня за волосы, потянула наверх…

Меня били по щекам, резко, ритмично и больно давили на грудную клетку, проталкивали через плотно сжатые губы воздух в легкие, насильно заставляя дышать, и снова били по щекам…

— Дина, Ди-и-на-а! — звенел в моих ушах голос Сержа. — Дина, черт возьми, что ты наделала! Не хочешь со мной жить, не надо, только открой глаза! Ну, пожалуйста, очнись! Скажи что-нибудь!

Я лежала рядом с водой, в спину больно врезались камни. Серый тряс меня за плечи.

Я закашлялась, выплевывая солено-горьую, не речную воду.

— Перестань, ты меня убьешь… — прошептала я.

— Жива…

— Жива, конечно. Ты что-то говорил по поводу нашего совместного проживания?

Радость в голосе Серого исчезла так же быстро, как и появилась.

— Тебе послышалось, моя красавица. С этого момента, если будешь делать что-то вопреки моим просьбам…

— Скорее уж приказам!

— … я тебя вообще запру в доме!

— Какое счастье, что мы живем раздельно!

— Пока раздельно. Но, раз уж возникла такая необходимость, я, конечно, что-нибудь придумаю. Веришь?

— Верю…

Теперь мне не оставалось ничего другого, как соглашаться с ним, поскольку единственный шанс избавиться от его присутствия в моей жизни я уже упустила. Ладно, еще не вечер. Как говорит мама, в жизни командуют мужчины, а правят женщины.

В Городе уже наступило утро. Серый в буквальном смысле приволок меня обратно в. наше убежище, бросил на маленькую кроватку и велел раздеваться.

— Заболеешь — собственными руками утоплю.

Он был зол, и я решила не указывать ему на не слишком вежливое обращение с моим телом и моими же многострадальными нервами:

— Только один вопрос, Дина. Один вопрос, и лучше тебе хорошенько подумать, прежде чем ты решишься соврать, — тихо и неприятно сказал он, стягивая с себя мокрую рубашку. — За каким чертом ты все это устроила?!