— Но, похоже, ты до сих пор так и не встретил мисс Совершенство. Иначе не подбирал бы в метро грязных девиц, чтобы с их помощью заполучить бабулино наследство!

Иниас уныло подумал, что говорить правду безнадежно поздно: девочка слишком глубоко уверовала в чепуху, которую сама же и сочинила. А Сиб продолжила:

— Возможно, твоя бабушка или тетушка — тебе виднее кто — не так уж плохо придумала. Тебе явно пора жениться, возраст поджимает…

Иниас уже и не знал, злиться ему или смеяться. А девушка вдруг спросила:

— Может, у тебя даже был кто-то на примете?

— Ну, женщины у меня, конечно, были, — ответил он неожиданно для себя самого. — Но из двенадцати месяцев в году десять я проводил в Эфиопии или в какой-нибудь еще африканской стране и, надо сказать, даже не надеялся, что кто-то из них меня дождется.

— А ты хоть одну об этом просил?

Да, соображает она быстро, подумал Иниас. Следует отдать ей должное.

— Нет, не просил, — признался он.

А все потому, что женщина для тебя развлечение на время отпуска, вздохнула Сиб и даже пожалела этих неизвестных ей дамочек.

— Но я никогда не вводил женщин в заблуждение относительно моих намерений, — поспешно добавил Иниас.

— Это еще никому никогда не мешало надеяться, — отрезала девушка. — Так что, кто знает, может, одна из них и сейчас с радостью пойдет с тобой к алтарю?

— Сомневаюсь, — улыбнулся Иниас. — Последняя моя подружка недавно заняла высокий пост во Всемирной Организации Здравоохранения, да и личная жизнь у нее, кажется, наладилась. У ее предшественницы тоже дело явно идет к свадьбе.

Сиб уже отчаянно жалела, что затеяла этот разговор. Теперь ей известно, какие женщины его привлекают, — рядом с ними она полнейшее ничтожество.

— Значит, ты сделал мне это идиотское предложение, потому что у меня в отличие от них не было выбора, так?

Иниас ничего не ответил. Но Сиб и так был ясен ход его мыслей.

Тут, на ее счастье, принесли завтрак, и разговор сам собой иссяк. Девушка снова заказала сосиски, бекон, яичницу и еще много всякой всячины — ведь прошло целых два дня с тех пор, как она в последний раз нормально ела. И тогда за нее тоже платил Иниас.

Он прекрасно видел, что Сиб опять голодна, и мучительно размышлял, что ему делать с девчонкой. Он мог дать ей денег, но сумеет ли она с толком ими распорядиться? Мог оплатить ее проживание в отеле на несколько дней вперед. А потом что? Ничего путного на ум не приходило…

По дороге в больницу Иниас спросил:

— Послушай, а кем бы ты в принципе хотела работать? Только будь реалисткой.

Девушка поняла намек.

— Сначала скажи, куда меня возьмут, не спросив ни рекомендаций, ни домашнего адреса?

— Да я и не говорю, что тебе будет легко найти работу. — Сам Иниас полагал, что шансы ее близки к нулю. — Но может быть, если ты сменишь имидж, а я куплю тебе кое-что из одежды, то тогда…

— Здорово! — язвительно воскликнула Сиб. — Тогда все вокруг подумают, что ты мой заботливый папочка!

Иниас не рассчитывал, что она станет рассыпаться в благодарностях, но слова Сиб все равно его задели.

— Спасибо. А то я стал мало-помалу забывать, что в отцы тебе гожусь.

— Да я не о том! Просто не терплю благотворительности. Ты и так уже сделал для меня достаточно.

— А где ты будешь ночевать? Ведь вернуться в тот дом ты теперь не можешь.

— Я еще об этом не думала, — пожала плечами Сиб, на самом же деле она просто боялась об этом думать.

— Тебя что, это нисколько не заботит?

— Ничего, пересплю где-нибудь, — с нарочитой беспечностью произнесла Сиб и подумала; в подворотне, в подвале, на свалке…

— Ну, приехали. — Иниас остановил машину возле приемного покоя больницы, открыл дверцу и помог девушке выбраться. — Ты ступай, а я припаркую машину.

— Но я думала, ты меня просто подбросил… — растерялась Сиб.

— И оставил себе твои пожитки и старину Лаки? — прищурился Иниас. — Что ж, если ты обо мне такого высокого мнения…

— Нет, я… — забормотала Сиб, — я была бы очень признательна, если бы ты меня дождался.

Иниас прекрасно понимал, как ей трудно просить его о чем бы то ни было, и поэтому пришел ей на помощь: