Я чувствовала, что он хочет что-то сказать, но не давала ему это сделать, закрывала его губы своими губами. Тихо шептала: "Молчи!" и "Я люблю тебя", а потом уткнулась носом ему в шею, в который раз за этот нестерпимо долгий день делая вид, будто заснула.

Вставало солнце. Оно делало это сотни раз до этого дня, я и не обращала на него внимание. Просто медленно встала, снова завязала шнуровку на платье, последний раз взглянула на спящее, умиротворенное лицо Фреда, вытерла, неизвестно откуда взявшуюся на лице слезу и медленно пошла вперед.

Еще долго за моей спиной слышался шум прибоя, впереди же царило безмолвие, да и пейзаж был обыденным - песок, и начавшие появляться на горизонте одноэтажные строения. Пригород Риана не отличался изяществом, роскошью, обыкновенные лачуги, в которые еще год назад я бы побрезговала зайти.

Чуть слева виднелось высокое, ветвистое дерево. Я глядела на его листья, стараясь утонуть в их зелени, не позволяя себе обернуться и насладиться более приятным пейзажем. Морем, чайками, а еще телом Фреда, с которым я больше никогда не увижусь. Он и был той причиной, по которой мне так нестерпимо хотелось обернуться, а вовсе не голый песок и вода, как ни убеждала я себя!

Но оборачиваться нельзя, не уйду ведь потом. А вернуться в трактир надо до того, как проснется Тирин, как заметит мое отсутствие. Брат не тот человек, что поверит в мои отговорки, будто я просто пошла прогуляться!

– Интересное ты себе нашла занятие на ночь!
– внезапно от ствола дерева отклонилась высокая фигура.

– Ты тоже, - я кивнула Тирину.
– Не думала, что ты такой любопытный. Ведь матушка меня всегда наказывала за чрезмерное любопытство. А ты не удел.

– Мое любопытство оправдано!
– он попытался схватить меня за руку, но я успела создать щит. Не то, чтобы я до смерти боялась брата, но и выносить рукоприкладство, чтобы доказать, как там писали в романе, что я читала как раз перед своим исчезновением с Элрона (название фолианта, не смотря на возвратившиеся воспоминания, я так и не вспомнила), силу своего духа, не собиралась.

– Пусть так. То, что ты увидел... то, что увидел, что-то меняет? Удовлетвори мое любопытство, скажи, что?

Он долго смотрел на меня тем взглядом, которого за время нашего пребывания в Риане я уже не раз удостаивалась. Потом с грустью произнес:

– Иногда мне кажется, что ты не моя сестра. Моя Элен умерла больше года назад - в ту ночь, когда исчезла.

– Она и впрямь умерла. Не знаю, в ту ли ночь, или на следующую, когда моя душа соединилась с очередной жертвой безумного колдуна, или, когда пришли за мной. Не знаю. Но ответь мне на один вопрос, такая Элен тебе нужна?

– Она нужна мне!
– прерывая голос Тирина, произнес незнакомец за моей спиной. Или... Я обернулась, чтобы подтвердить свою догадку. Черные волосы, костлявое лицо. Это был он и не он одновременно. Как будто два человека стали одним. Мой жених элронский аристократ Карл Джензбург и старик с полубезумным взглядом, что отнимал самое дорогое - жизнь.

Я попыталась выставить щит, переместиться, но не успела. Его рука, не встретив ни малейшего сопротивления от моего щита, схватила мою руку. Дернула на себя. А затем свет померк.

– Нет! Только не это! Я не верю!
– Тирин бил по дереву кулаком, пока не стесал до крови костяшки. Он нашел Элен. Только Демоны знают, сколь сил на это потребовалось. Он нашел ее! Не для того, чтобы выдать за Джензбурга, не для того, чтобы выдать за Олина. Она была его сестрой. Веселой, смешной, подчас отчаянной, или бесстрашной. Это все не имело значения. Она была его сестрой. Он должен был ее уберечь! А вместо этого...

Когда она год назад исчезла, он места себе не находил. Был злой, на всех срывался. Катрин, пожалуй, была единственной, кто его успокаивал. Главная соперница его сестры, та, кого Катрин сто раз клялась сжить со свету, или просто подставляла самому Тирину, всему высшему обществу Элрона. Теперь ей стало скучно.

Не поклонники волновали младшую Стефаль - соперничество, победы и поражения... Но победы все же больше! Куда ж без них? Элен говорила, что все это: танцы, признания в любви (каждый день от новых кавалеров), игривый смех, обмахивание веерами, и сплетни, слухи, которые от скуки придумывает кто-то из завсегдателей балов. Ты знаешь, что они - глупость, но должна им верить.

Тирин не удивился, когда об этом сказала сестра, когда попыталась стать выше этого. Год назад точно об этом говорила Катрин. У них даже слова были схожи, только жена не бахвалилась магией. Да, тогда, в конце прошлого лета, уже никто не сомневался, что их свадьба дело решенное. Никто только не думал, что они поженятся тайно.