В глазах девушки появились слезы, на лице отпечатывалось отчаяние. Анри криво улыбнулся.

– Не думаю, что кто-то придет тебе на выручку. Так что ты там говорила?

Я быстро спустилась вниз и подошла к двери. Мне хотелось внезапно появиться перед Анри, застать его врасплох (правила хорошего тона можно было оставить на потом: Войский тоже часто про них забывал, чем я хуже?). Поэтому я не стала стучать, решив просто отворить дверь. Она не поддалась. Я нахмурилась и подошла вплотную. С середины доносились голоса. Разобрать, о чем люди говорили, не представлялось возможным, но там точно кто-то был.

Я постучала, потом еще раз. Желание увидеть Анри возросло, но мне по прежнему никто не открывал. Я снова ударила по двери (на этот раз изо всех сил). И снова тишина. В голову начали закрадываться подозрения, что голоса мне привиделись и, что я напрасно трачу время.

На лестнице послышались чьи-то разговоры: кто-то поднимался наверх. Возможно Анри? Хороша же я буду! Я быстро отошла к окну, стараясь сделать вид, будто пейзаж внизу очень меня интересует (не первый раз прибегаю к этой уловке), и я вовсе не жду никого. Люди прошли наверх, едва ли заметив меня. Анри среди них не было.

Я задумчиво посмотрела на дверь в комнате Войского. До безумия хотелось попасть туда, хотя я и представляла, как это будет выглядеть. Впрочем, все равно открывать замки без ключей я не умела, да и, если бы умела... Залезть в покои к барону точно не лучшая идея. Я быстро пошла назад к лестнице...

За дверью стояла тишина. Лиин снова уронила голову на руки: "И на что она надеялась?". Раздался смех Анри. А потом, хотя, возможно, девушке это только показалось, новые шаги.

– Помогите!
– от боли, долгого вынужденного молчания... голос стал хриплым, еле слышным. Рука Анри стремительно приближалась к лицу. Барон ведь предупреждал: после крика последует новый удар. Лиин зажмурилась.
– Помогите!

И снова голоса и непонятный шум. Я уже стояла возле лестницы, когда вновь услышала их. Я знала, что в этот раз мне точно ничего не послышалось, но зная Анри... Если это очередная его подружка, я сгорю от стыда, да и Анри этого никогда не забудет. И будет прав. Я буду выглядеть глупо, потом не однажды с внутренним содроганием вспомню об этом дне. Да и не могу я просто взломать дверь и войти...

Мысли. Некоторые из них я, забываясь, произносила вслух. А руки сами тянулись к замку. В пальцах уже была зажата шпилька для волос, стремительно вытащенная из прически (волосы грозились в любой момент рассыпаться по плечам).

У меня ничего не получится. Это смешно. Я никогда не делала ничего подобного, не выйдет и сейчас, - я повернула шпильку в замке. Что-то не получалось. Не смотря ни на что, я думала, что это будет легко, что у меня получится. Я дернула.

– Ну что, помогли? Помогли?!
– наконец, мне удалось разобрать слова. Особой радости оттого, что ты проводишь вечер в замечательной компании, в них не было. Только злость.

Я снова дернула шпильку. Она не поддавалась, окончательно застряв в замке. Как-то отстраненно я подумала: "преступникам оставлять следы никак нельзя" и ударила огнем. Дверь со скрипом отворилась...

Краснеть не пришлось, разве что от гнева. Возле кровати, сжавшись в комок, сидела Лиин. Возле нее стоял Анри и со злостью переводил взгляд с нее на меня. Я все же оказалась предпочтительней.

– Что ты себе позволяешь?! Немедленно убирайся!

– Что я себе позволяю?!
– я не верила своим глазам, ушам, - это ведь не я измываюсь над беззащитной девушкой!

Глаза Анри блеснули, руки сжались в кулаки. Он хотел что-то сказать, но сдержался, бросил взгляд на дрожащую Лиин.

– Как тебе такое пришло в голову?! Я нашел твою подругу в таком состоянии. Хотел ей помочь, но она молчала.

– Ты... ты, - от гнева я начала заикаться, не могла вымолвить лишнее слова, потом все-таки взяла себя в руки - ты смеешься надо мной?! Я все слышала - ложь. Мне удалось разобрать только одну реплику, - и я не слепая!

– А я вижу перед собой выжженный замок, - Анри вызывающе улыбнулся, - воровка, - я неосознанно сжала кулаки, - выйди. Нам нужно договорить, - приказной тон и уверенность, что выполню его требование.

Я смотрела на Войского и понимала, что я ему не соперница. Одно его слово, что я силой проникла к нему в комнату, и Алехандро меня растерзает. И никто не поможет. Я могу тысячу раз повторить, какую картину увидела здесь. Ответ магистров не изменится. Меня вышвырнут на улицу.