— Ты из другого класса, что ли?

— Ну… допустим, — сказала она.

— Я так и понял. Да, с первого взгляда. Ты пятиклашка, правильно? Вот почему ты такая… — он хотел сказать «коротышка», потом спохватился — для нее это может быть больная тема. У некоторых бывают такие странности. — Вот почему я тебя не знал, — торжествующе закончил он. И, прежде чем она успела что-то ответить, продолжил: — Но как же ты сбежала с уроков, чтобы поехать на экскурсию с шестиклассниками? Дождалась бы просто своей очереди на будущий год, как делают все остальные малявки, — законное возмущение перекрыло в нем чувство удовлетворения от того, что он раскрыл секрет Мортон.

— Я не малявка!

— Нет, малявка, раз ты не из шестого класса, — снисходительно усмехнулся Парк.

— Спорим, мне столько же, сколько тебе. Больше!

— Хочешь сказать, ты замотала один год?

— Замотала год? — повторила она. — Как это нужно понимать?

— Никак, — отрезал Парк.

Мортон сердито посмотрела на него. Потом сказала:

— Родители захотели, чтобы я поехала на эту экскурсию, вот и все.

— Да? Значит, это твои родители все устроили? Договорились, чтобы тебя отпустили с уроков на экскурсию в музей?

Парк резко откинулся на спинку сиденья. Везет же некоторым. Вот если бы когда-нибудь его родители забрали своего несчастного отпрыска с уроков!

Автобус, чихнув выхлопными газами, дернулся и, накренившись, выполз со школьной стоянки. Мистера Лукра, который все еще стоял спиной к водителю, бросило лицом на сиденье. Осторожный смешок прокатился по автобусу. С красной физиономией, с прядью темных волос, упавших на глаза, мистер Лукр вывернулся на кресле и пристегнул ремень безопасности. Парк с отвращением смотрел на заместителя директора. Его возмущение действиями Мортон улеглось. По крайней мере он-то шестиклассник. И, значит, в конце этого учебного года он расстанется с Кладбищенской школой навсегда. А Мортон, как пятиклашке, еще целый год маяться в этой злосчастной школе.

Парк с чувством облегчения смотрел, как уходит назад старое школьное здание. Этот музей архивов и естественной истории, куда они едут, наверное, забит всяким старьем, но что с того? Зато он будет далеко от школы.

День начался не лучшим образом, но это ничего не значит, убеждал себя Парк. В конце концов, даже и плохой день в музее лучше, чем хороший день в Кладбищенской школе.

И уже в который раз Парк ошибся. Чудовищно ошибся.

— Помните, мы будем придерживаться парной системы, — затянул мистер Лукр, вставая. На этот раз он предусмотрительно ухватился за спинку кресла и лишь чуть-чуть качнулся, когда автобус остановился на стоянке перед музеем. — Ваш сосед по сиденью является вашей парой. Сейчас мы приступим к осмотру различных залов музея.

— Сосед по сиденью! — возмущенно фыркнул Парк. И повернул голову к Мортон. — Нет уж, минуточку!

Должно быть, он произнес это громче, чем намеревался, потому что мистер Лукр посмотрел в его сторону.

— У нас опять проблема, Паркер?

— Нет-нет! — поспешно заверил его Парк.

Он подождал, когда мистер Лукр вернется к своей речи, потом уронил голову на руки и громко застонал. Замечательно, его парой на всю экскурсию будет какая-то пятиклашка!

Мимо прошел Скип со своей парой, Дэвидом Пайком. На ходу он ткнул Парка в плечо.

— Что, не повезло?

— Катись ты куда подальше… на плохом автобусе, — огрызнулся Парк.

Улыбка сошла с губ Скипа.

— Не смешно, — сказал он. — Катись ты сам к дохлой мумии. Попляши с ней.

Скип гордо удалился. Парк сердито посмотрел ему в спину.

— С живой мумией плясать я бы вряд ли смог! — крикнул он вдогонку. — Потому что они все дохлые, если ты этого не знал.

— Мы идем в музей или не идем? Может, ты боишься выйти из автобуса? — прервал его мысли хрипловатый голос Мортон.

— Заткнись! — шикнул на нее Парк.

«Плохой день в музее лучше, чем хороший день в Кладбищенской школе», — напомнил он себе, протискиваясь по проходу и вываливаясь из автобуса.

— Парк, ты и… э-э… — мистер Лукр на секунду замялся, потом махнул рукой. — Ты и твоя пара в группе мисс Кэмп.

Это немного взбодрило Парка. Мисс Кэмп ему нравилась. По сравнению с остальными учителями школы Грейвьярд она была практически почти нормальной, хотя иногда как бы немного несобранной.

Мисс Кэмп повела свою группу в музей. Ее губы шевелились, когда она читала список, держа его в руке. У стойки информации она остановилась и обернулась. Изучила список, сдвинула брови, потом принялась шарить в своей сумке на поясе в поисках ручки, забыв о карандаше, засунутом за ухо. После этого поправила очки, и карандаш упал на пол. Она наклонилась за карандашом, очки соскользнули с носа и тоже упали.