– Нет, – категорически заявил Олег. – Да, вскоре после взрыва немецкого кинотеатра в Порхове немцы устроили карательную экспедицию, сожгли несколько деревень, но в Донце так и не появились.

– Это правда? – с сомнением спросил Тавров.

– Во всяком случае, так пишет партизанский командир в своих мемуарах, – пожал плечами Олег. – Зачем ему врать? Ведь оборона деревни не входила в его обязанности. Кстати, лет пять назад были мы в Донце, так там есть пара домов еще довоенной постройки. Так что немцы точно никого не палили.

– А грузовики и бронеавтомобиль?

– Так мы туда ради них и ездили! – воскликнул Олег и достал из бумажника фотографию. На ней были изображены несколько парней в грязном камуфляже, с радостными лицами рассевшиеся на прилично сохранившемся бронеавтомобиле времен войны.

– Видите? Все верно было описано: два грузовика и бронеавтомобиль. Сохранность почти идеальная!

– А тот колодец в лесу не искали? – поинтересовался Тавров, возвращая фотографию.

Олег вздрогнул и попал фотографией в отделение бумажника только с третьей попытки.

– Нет… А зачем он нам, колодец этот? – торопливо спросил он безразличным голосом, но Таврову это безразличие показалось нарочитым, и он продолжил тему:

– Так там же было много трупов немцев с опознавательными жетонами. По вашим понятиям, Клондайк. Или нет?

– Мы не «черные» поисковики и жетонами не интересуемся, – отрезал Олег. Он явно не был настроен продолжать разговор.

– Извините, но у меня предложение, – вмешался вошедший в купе Сергей: он выходил покурить в тамбур. – Давайте примем еще по одной – и на боковую. А то нам спать осталось всего ничего!

– А что, Виталик? Верно молодежь говорит, – обратился Тавров к Скавронову. – Давайте стелитесь, а я пока схожу в тамбур, подымлю.

Поисковики и Скавронов уже давно улеглись, а Таврову все не спалось. Он допил остатки коньяка, несколько раз выходил курить в тамбур, но сон не шел.

Леша сам видел рапорт командира эстонских карателей, уничтоживших Донце. Почему командир партизан утверждал, что немцы больше в деревне не появлялись? Почему не описал подробности бегства старосты Федорова из петли, если действительно партизаны организовали его спасение? Ветераны часто любят прихвастнуть, описывая свои подвиги, – так почему партизанский командир обошел такой выигрышный момент повествования? Странно, очень странно.

Хлопнула вагонная дверь, в тамбуре появился Сергей.

– Что, тоже не спится? – улыбнулся Тавров.

Сергей лишь махнул рукой, достал пачку «Русского стиля» и закурил. Выпустив клуб дыма, он сказал:

– Вроде заснул сразу, поспал пару часов, проснулся – и как отрезало!

– Скажите, Сергей, – обратился к нему Тавров. – Олег говорил, что вы нашли технику той самой исчезнувшей зондеркоманды. А колодец, в который партизаны сбросили трупы немцев, вы нашли?

– Мы его не искали. Зачем нам? – отозвался Сергей, наблюдая за плывущими по воздуху колечками дыма.

– Там должно быть много целых опознавательных немецких жетонов, – пояснил Тавров. – Или вы их в отличие от «черных» поисковиков принципиально не собираете?

– Нет, почему же, – возразил Сергей. – Союз поисковых отрядов России поощряет такую работу, поскольку у СПО есть соответствующая договоренность с идентификационным отделом Дойче Динстштелле, то есть немецким военным архивом. Есть четкие правила работы с найденными жетонами, и мы их придерживаемся – в противном случае СПО просто не даст нам разрешения на поисковые работы.

– Почему же вы не искали колодец? – допытывался Тавров. – Ведь там должно лежать нескольких десятков немецких солдат.

– Не более двадцати-тридцати, поскольку половину команды составляли местные и эстонские полицаи, – пояснил Сергей. – Но вообще вы правы… Был у нас один такой поисковик, Вова Серый, так он интересовался.

– Почему Серый? – удивился Тавров.

– Есть «белые» поисковики, а есть «черные», – пояснил Сергей. – Вован с нами ходил, но было подозрение, что он и «черным» поиском занимается, потому и звали его Серый. Нюх у него был отменный! Однажды прошлись по раскопу с миноискателем, а он потом один раз копнул – и почти целую фарфоровую вазу вынул! Мы еще пошарили, кучу фарфора нашли. Видно, немцы ее из музея вывезли, да до своего рейха не довезли. Ну кто мог представить, что там лежит целая коллекция?! Ее ведь никаким миноискателем не найдешь!

– Понятно. И что же Серый?

– Когда мы бронеавтомобиль из болота достали, он пристал: дескать, знает, где находится тот самый колодец, куда партизаны трупы немцев и полицаев сбросили. Мы ему говорим: да завалено там все давно; а то, еще хуже, газы болотные в нем скопились, сразу ласты склеишь. А он ни в какую! Я, говорит, туда спущусь в акваланге, так что мне любые газы пофиг. Все равно в акваланге воздух в баллонах остался, надо использовать. Колодец, говорит, широкий – метра полтора в диаметре, не меньше, и весь камнем облицован. Ну, уговорил, короче!