Чеченец будто не замечал наставленного на него оружия. Он шел неровными шагами к Игорю. Попытался что-то пробормотать, но на губах появилась только розовая пена. Чеченец уже почти вплотную подошел к Игорю, отнял залитую кровью руку от груди, обнаружив там обширную рану… и издох. Упал прямо Игорю на руки, вымазав ему кровью всю рубашку.

Игорь брезгливо откинул от себя труп.

— Армен! — крикнул он.

— Иди сюда, Игорь! — голос друга был совсем рядом.

Когда Игорь зашел в эту комнату, он застал там следующую картину:

Пятеро лиц кавказской национальности стояли на коленях в ряд, держа руки на затылке. Вдоль ряда прохаживался Армен, держа винтовку наизготове, на ремне, прямо как заправский фашист времен второй мировой. А в углу, съежившись… Игорь был на грани, чтобы простить ей все. Сжавшись в комочек, забившись в угол, на полу сидела его любимая, испуганно глядя по сторонам. Заметив Игоря, она вскочила и запричитала, почему-то стоя на месте:

— Тебя ранили, дорогой? Тебе больно?

Э-эх, как Игорю хотелось сказать "Да! Ранили! Очень больно! Сегодня ночью!"…

— Это не моя кровь. — сказал он хмуро.

— Так… — Армен с интересом наблюдал за странной встречей. Он был достаточно умен, чтобы не влезать, видя, что ни Ольга, ни Игорь, не спешат заключать друг друга в объятия. — Ладно, езжайте домой.

— А эти? — спросил Игорь, махнув на чеченцев.

— Это не твоя проблема… — сказал тихо и твердо Армен.

Игорь подошел к нему и пожал руку:

— Спасибо, Армен. Век не забуду.

Армен внимательно посмотрел ему в глаза…

— Потом сочтемся. — он отдал ему ключи от своей машины.

Вот так… Дружба дружбой… Мафия никогда не прощала своих долгов.

— Поехали. — Игорь подошел, стараясь не смотреть ей в глаза, и, взяв за рукав, повел.

В машине, она попыталась дотронуться до его щеки.

— Ты не простишь меня никогда…

— Да… сейчас ты начнешь говорить о том, что была дурой, что это не повторится…да? — он посмотрел на ее удивленное заплаканное лицо с размазанной тушью. Видимо, это она и собиралась говорить.

Игорь, на твоей кровати… Стонала, извивалась… Ей так нравилось…

Пока ты выкладывался в Америке, вытягивал жилы… на твоей любимой

простыне, в вашем с ней гнездышке…

Он резко отвернулся.

— Мать вся испереживалась. Сейчас я отвезу тебя к ней. — сказал он сквозь зубы.

А потом поеду в пустой дом… Где меня ждет верный пес… Мы

посмотрим с ним телевизор…

Таким был не самый лучший день Игоря Hиколаевича Шебутова.