– Вон! Все - вон!

Тихий шорох тканей. Звук задвигаемых дверей. Одна... Наконец-то одна!

– Мизу!

Это все ее вина! Она виновата в том, что его не стало. Друга! Предала. Подставила она...

И не слышать ей больше его голоса. Не видеть открытой улыбки. Не смеяться над историями о проказах его сестер... и над его собственными. Не выслушивать историй о благородных родах и Владыки. Не пить сладкого чаю да не есть мятных пирожных... Вместе.

Не чувствовать чужой защиты...

Друга потеряла! Друга!

– Мизу...

– Госпожа, не стоит бродить по дворцу в одиночестве...

Невидимый страж. Верный лишь ей. Всегда следующий за ней. Всегда находящийся за ее спиной. Что бы не случилось... Чтобы не приказал Император.

– Но ведь вы здесь...

Улыбка. И все равно, что скажет Владыка! Мизу для нее как брат. Любимый и дорогой братец. Чуточку глупый... Но безмерно добрый и хороший! Который всегда поможет...

– И все равно - не стоит. Я не от всего могу вас защитить.

Правда. Нельзя защититься от укоризненных или наполненных ненавистью взглядов. От шепота, преследующего ее, когда она покидает свои апартаменты. От чужих мыслей. Или ненависти.

– Но сегодня такая чудесная ночь...

И впрямь... Луна робко глядит сквозь облака... Серебрится снег... Откуда-то слышатся старинные песни...

– Идемте. Я провожу вас.

Хитринка мелькнула в глазах и погасла. Чтобы, не приведи Боги, никто не заметил этой маленькой слабости!

– Кружным путем...

На столе лежат несколько раскрытых книг. Мелко дрожа, горит лепесток огня на тонком стебле белой свечи. Кисть замерла в руке...

– Кори, не помнишь какое продолжение у этого стихотворения?

Кори оторвалась от шитья, удивленно подняв брови. Стихи?

– Зубцы дальних гор

Подернулись легкой дымкой...

Задумчивый взгляд в несуществующие дали...Попытка вспомнить...Ведь слышала, слышала она раньше его! Давно, правда...

– Нет, не помню... А что такое?

Тонкая игла мелькает в умелых руках, рождая на шелке дивный узор из цветов да горных туманов. Засмотришься на подобное мастерство! Залюбуешься...

– Да муж опять развлекается... Ему уже цветов стало мало...

– Хм... Переключаетесь на стихи, госпожа?

– Приходится...

Тяжкий вздох. Вот напасть...

– Зубцы дальних гор

Подернулись легкой дымкой...

Весть подают:

Вот он, настал наконец

Первый весенний рассвет.*

– Что?

Мизу стоит в дверях и улыбается. Заразительно так, легко!

– Так заканчивается ваше стихотворение...

Кори фыркнула. Тоже мне!

– И что это значит?

Страж пожал плечами. Откуда ему знать? Загадка и стих ведь были даны не ему...Как впрочем и не Кори.

– А ведь верно...

Два заинтересованных взгляда, кинутые на свою светло улыбающуюся госпожу... Которая отгадала. Поняла...

– Сегодня - первый день весны.

– Смотрите, смотрите! Подснежники! Расцвели!

Хикару с Мизу смеются... Потому что их спутница в своей радости так похожа на маленького ребенка, что это просто не может не вызвать улыбки! Обычным цветам обрадовалась... которыми вся земля скоро усыпана будет! Шагу не ступишь... А она!

– Это же всего лишь цветы, госпожа...

Не поняли они тогда ее радости. Не разделили. Но - пусть.

– Не-е-ет! Это привет от Весны! Маленький и простой... Смотрите, какие нежные лепестки! Прямо бархатные...

И впрямь подснежники на диво хороши! Красивы... А Хикару сразу вспомнил по этому поводу историю. Из детства...

– Моя мама всегда говорит, что этот белый цветок - улыбка. Робкая, но такая задиристая! Да хрупкая...

А Лада и сама улыбается. Потому что знает откуда пошла эта фраза про улыбку...

– Цветы не могут быть улыбками, Хикару... Госпожа, ну хоть вы-то объясните ему, что это просто сказки!

– Могут, Мизу. Могут. Потому что их подарил Весне Отец-солнце. На ее рождение.

Вина захлестывала Кои с головой. Как волны на море в шторм заставляют тонуть корабли. Это все ее вина...