– Может быть, достаточно наслаждаешься, чтобы в один прекрасный день покончить с этим миром преступности и вернуться на работу в «Синклер»?

– Может быть, – улыбнулась Брук.

Несколько мгновений молчания показались Брук бесконечно долгими. Ее сердце бешено стучало.

– Ты собираешься уехать на праздники?

– Да, навещу родителей в Калифорнии. Мелани не может поехать. Адам хочет, чтобы она осталась на вечеринку в честь Нового года. Речь идет о каком-то ее праздничном образе и о сохранении высокого стиля на нужных мероприятиях.

– Очень эффективный способ маркетинга, – кивнул головой Чарлз. – Вечеринки Адама в честь Нового года – это грандиозный финал сезона.

– Меня пригласили на этот прием, – осторожно сказала Брук. А вдруг эта новость огорчит Чарлза? Появится недовольство на его красивом лице? «Брук, разве ты не понимаешь? Вечеринка Адама Дрейка – для Красивых Людей». – Вообще-то пригласили Эндрю Паркера, – поспешила объяснить Брук. – Конечно, он женат, но его жена на это время уедет. Эндрю решил, что с ним придется пойти мне. – Брук улыбнулась. – Эффективный маркетинг для окружной прокуратуры, полагаю.

– Но ты не вернешься вовремя?

– Нет.

– Это очень плохо. – Карие глаза были серьезными.

– Мне действительно жаль, что я не могу пойти на эту вечеринку, – сказала Брук Эндрю этим вечером. – Может быть, твоя жена успеет вернуться? – с надеждой в голосе добавила она.

Они находились в «Джорджо» на Пятой авеню и небольшими глотками пили ром, а за окном по улице быстро передвигались ежившиеся от холода горожане, решившие побегать по магазинам «в последний момент». Брук с большой неохотой приняла предложение Эндрю – в честь праздника выпить вместе после работы. Эндрю был ее наставником, лучшим образцом для нее, блестящим, проницательным, искусным адвокатом, каким мечтала стать и она сама. Брук испытывала благоговейный страх перед Эндрю. И пойти с ним выпить…

Но крепкий ром, толпы народа, предпраздничное оживление, блеск Пятой авеню – благодаря этому у нее появились хорошее настроение и уверенность в себе.

– Эллисон не успеет вернуться. – Голос Эндрю был тихим. Он вздохнул и стал объяснять: – Она в клинике, Брук…

– В клинике? – Брук едва слышала свои собственные слова, заглушаемые разноголосым гулом ресторанного зала.

– Она больна. У нее своего рода депрессия. – Карие глаза потухли. Эндрю задумался. Он посмотрел на свое золотое обручальное кольцо, а потом на Брук.

– Эндрю, мне очень жаль. – В своем воображении Брук рисовала образ жены Эндрю: сильная, красивая, талантливая – превосходная пара уверенному в себе, красивому, блестящему Эндрю. Эндрю так хорошо скрывал свою печаль. Темно-синие глаза Брук еще раз подтвердили ему, как она сожалела.

– Брук, со мной все в порядке, – поспешно заверил ее Эндрю. – Мне не стоило говорить об этом.

– Нет, стоило, – тихо ответила Брук.

Эндрю слегка улыбнулся:

– Бывают времена – месяцы, – когда Эллисон чувствует себя замечательно. А потом, внезапно…

– Должно быть, это очень трудно. – «Труднее всего то, – поняла Брук, – что Эндрю так сильно любит ее».

Эндрю слегка кивнул.

– Расскажи мне о Калифорнии, Брук, – попросил Эндрю, намеренно меняя тему разговора. – Чем ты будешь заниматься дома?

«А чем бы ты стал заниматься, Эндрю, – печально думала Брук, – отмечая праздники с теми, кого любишь?»

– Ты видишь перед собой безработную официантку, – тихо рассмеялась Гейлен. – Сегодня мне нашли замену.

– Возможно, ты первая в истории отеля «Елисейские поля» уволившаяся официантка, которая предупредила их заранее.

– Они были так добры ко мне. Это самое малое, чем я могла отплатить им.

– Поедем в Уиндермир сейчас же и останемся там на новогодние праздники, – предложил Джейсон.

– Но ты же приглашен на вечеринку Дрейка.

Джейсон собирался ненадолго и только из чувства долга показаться на новогодней вечеринке Адама Дрейка – ведь Гейлен, как он полагал, занята на работе. Но теперь, как выяснилось, она оказалась свободной. Они могли бы пойти на вечеринку вместе, но Джейсон знал, что это приведет ее в подавленное состояние.

– Уже нет.

– Не стоит ли…

– Нет. – «Я должен находиться с тобой, и мы вместе отправимся в Уиндермир».

Джейсон и Гейлен приехали в Уиндермир, когда первые снежинки упали на землю с зимнего серого неба. Джейсон разжег камин в гостиной, и они спокойно занялись своими обычными делами – Джейсон рисовал, Гейлен писала; время от времени они, как по какому-то сигналу, отрывались от занятий и любовались удивительной панорамой зимнего моря.

– Что ты читаешь? – спросил Джейсон, оторвавшись от мольберта.