— Заканчивайте быстрее, посмотрим, что там произошло!..

Десантники снова склонились над поверхностью бассейна, но тут неожиданно заработал тельфер. За стеной в тишине, наполнявшей зал, раздался грохот перемещающейся тележки, затем заунывный вой включившейся тали, а затем тележка побежала в сторону проема. Сержант поднял глаза — балка тельфера заканчивалась как раз над серединой бассейна.

Все пятеро напряженно, не отрывая глаз и не мигая, смотрели на проем в стене, через который они попали к бассейну. Наконец оттуда вынырнула тележка тельфера, на коротком, выбранном почти до конца тросе лебедки болтался небольшой металлический контейнер. Тележка неторопливо прогрохотала над маслянисто поблескивающей поверхностью бассейна и остановилась, упершись в ограничитель на конце балки. Контейнер, с минуту покачавшись, замер, и в следующее мгновение его дно откинулось и в бассейн полетели… шесть тел в десантных скафандрах!

А навстречу падающей добыче из середины бассейна выметнулся столб переливающейся какими-то перламутровыми огнями жидкости и с громким всхлипом принял в себя то, что совсем недавно было людьми!

Первым в себя пришел Хокс. Он зарычал и вскинул излучатель… и замер на месте. Сверху ему было отлично видно, как те небольшие припухлости на поверхности жидкости, которые давно уже сформировались около каждого из его людей, вдруг лопнули, и из них выпрыгнули четыре толстые змеи… Нет, это были вовсе не змеи, это были те самые ошметки кожи, свернувшиеся в тугие жгуты. Эти жгуты, мгновенно оплетя ноги десантников, рывком сдернули их с бортика и утянули в глубь бассейна. Все произошло настолько быстро, что ни один из людей даже не вскрикнул!

Сержант ошарашено огляделся — минуту назад он командовал десятком бойцов, равных которым не было в обитаемой части космоса, а теперь он остался один! Впрочем, нет, он был не один. Совсем рядом Хокс увидел высокую фигуру с матово отсвечивающей, чешуйчатой кожей. Фиолетовые глаза на узком, хищном лице пристально разглядывали сержанта, узкие губы кривились в насмешливой улыбке, приоткрывающей чуть выступающие вперед клыки.

Около секунды длилось это взаимное разглядывание, а потом на голом черепе незнакомца шевельнулись огромные, заостренные кверху уши, и он насмешливо сказал:

— Я же предупреждал тебя, предтеча, чтобы ты не ходил на нижний уровень… А ты еще и других с собой привел!..

Он укоризненно покачал головой и добавил:

— Вот теперь вы все здесь и останетесь…

— Почему?.. — невпопад спросил Хокс, и в его голосе звучала тоска.

— Потому что ваш командир, подполковник Штерн, отдал приказ пленных не брать!.. — усмехнулся нелюдь.

— Кто ты? — задал новый неуместный вопрос сержант, но хозяин подземелья не удивился. Все с той же легкой насмешкой он ответил:

— Я — магистрал первого уровня…

— Магистрал… первого уровня… — тупо повторил Хокс, посмотрел на успокоившуюся поверхность бассейна и задал новый вопрос: — И что это такое?..

— Что это такое?! — снова усмехнулся магистрал. — А вот смотри!..

В скафандре Хокса что-то сухо щелкнуло, и тот понял, что непонятно каким образом включился его индивидуальный антиграв. Ноги сержанта оторвались от пола галереи, и его развернуло лицом в сторону бассейна. Через секунду он понял, что его неторопливо несет к середине огромного, маслянисто поблескивающего прямоугольника. Хокс не знал, каким образом магистрал, не прикасаясь к нему, добрался до управления его «саранчой», зато он понял, что жить ему осталось очень недолго. Как всякий десантник, он постоянно был готов к смерти, но никогда не думал, что погибнет так нелепо… так беспомощно!

Не в силах развернуться в направлении своего врага, сержант глухо выругался и нажал на спуск излучателя. Бешеные разряды высвобожденной энергии прошили поверхность жидкости, колыхавшейся в бассейне, и та поглотила их, как поглотила и тело самого Хокса, рухнувшего в бассейн под ударом кружившего над ним гравитационного поля, когда его антиграв вдруг перестал действовать.

Стоявший на галерее магистрал покачал головой и, глядя на взбаламученное содержимое бассейна, недовольно пробормотал:

— Похоже, мы тебя сегодня перекормили… Придется тебе теперь поголодать!..

Игорь вскинул излучатель и нажал на спуск, целясь в трещину, прорезавшуюся в нижней части огромного серовато-бурого, в кровавых потеках валуна. Однако разряда не последовало. Валун мгновенным, неуловимым для глаза движением передвинулся немного вперед, ближе к Игорю, рывком вытянулся вверх и вдруг превратился в скалу, нависшую прямо над головой. Трещина внизу этой скалы медленно расширялась, превращаясь в небольшую пещеру, и из этой пещеры вдруг донесся странно знакомый сухой треск.

«Я же ничего не понимаю!..» — в ужасе подумал Вихров, отчаянно вслушиваясь в этот треск и силясь вспомнить, что тот должен обозначать. Пещера надвинулась на него, и в ее темноте он вдруг увидел маленькую девочку с куклой в одной руке и звонком в другой. Она звонила в свой звонок, но вместо ожидаемых звонких переливов из пещеры выходил все тот же сухой треск. И тут Вихров вспомнил — точно такой треск издавал сигнальный зуммер в его каюте на «Одиссее».

Как только надоедливый звук перестал быть загадкой, Игорь сразу же открыл глаза. Его каютка освещалась только слабым ночником, а над головой вовсю трещал зуммер, возвещая, что «ночь» на корабле кончилась и пора вставать.