Я посмотрел на него ничего не выражающим взглядом, словно мне и вправду наплевать, и кивнул.

— Затраты окупились, каждый цент, — сказал он. — Мы с таким трудом пропихнули тебя в «Трион»! Учили, сочиняли легенду... Деньги, время, риск — все не зря! — Он наклонил бокал в сторону Джудит, которая гордо улыбнулась. — С меня причитается!

А я что, фарш ливерный?

— Теперь слушай внимательно, — обратился ко мне Уайатт. — Ставки огромные, ты должен это хорошенько прочувствовать. «Трион системс», как мы понимаем, разработал важнейшую технологию со времен интегральной схемы. Они решили проблему, над которой хай-тековские компании бились десятки лет. Они изменили ход истории.

— Вы уверены, что мне нужно это знать?

— А может, и конспектировать. Ты умненький мальчик. Слушай и запоминай. Эпоха силиконового чипа кончается. Каким-то образом «Триону» удалось разработать оптический чип.

— Ну и?

Уайатт смерил меня невероятно презрительным взглядом. Джудит быстро и серьезно вставила, словно прикрывая мою оплошность:

— Компания «Интел» потратила миллиарды на то, чтобы открыть этот секрет, однако безуспешно. Пентагон ищет решение больше десяти лет. Они понимают, что оптический чип полностью перевернет системы навигации и наведения ракет, и готовы отдать практически любые деньги, чтобы заполучить настоящий оптический чип.

— Опточип, — сказал Уайатт, — передает не электронные, а оптические сигналы — свет. С помощью вещества под названием фосфид индия.

Точно, я что-то читал о фосфиде индия у Камилетти!

— Эту штуку используют в лазерах.

— "Трион" скупил все фирмы, которые его производят. Это нас и насторожило. Фосфид индия нужен для полупроводника в микросхеме. Он пересылает информацию быстрее, чем арсенид галлия.

— Я ничего не понимаю, — сказал я. — Что тут такого особенного?

— В опточипе есть модулятор, способный переключать сигналы со скоростью сто гигабайт в секунду.

Я моргнул. Все это мне было не понятнее, чем урду. Джудит восхищенно хлопала ресницами. Может, и она не поняла?

— Да это же, черт подери, Святой Грааль! Ладно, объясняю для чайников. Малюсенький опточип в сто раз тоньше человеческого волоса сможет передавать трафик целой корпорации: телефонную, компьютерную, спутниковую и телевизионную связь одновременно. Еще не понятно? С опточипом можно скачать двухчасовой фильм в цифре за одну двенадцатую секунды, сечешь? Это революция в промышленности, компьютерных технологиях, спутниковых системах, кабельном телевидении — да в чем хочешь. Опточип позволит штучкам вроде этой, — он поднял свой «Люсид», — принимать немерцающее телевизионное изображение. Он на сто порядков превосходит существующие технологии — по скорости, по энергопотреблению, по точности, по нагреву... Это чудо. Это высший класс.

— Прекрасно, — тихо сказал я. Понемногу до меня доходило, что я предатель, личный Бенедикт Арнольд при Джоке Годдарде. Я только что отдал подонку Нику Уайатту самую важную технологию после цветного телевидения. — Рад, что вам помог.

— Нам нужна каждая подробность! — сказал Уайатт. — И прототип. Ты достанешь заявки на патент, лабораторные заметки — все, что у них есть.

— Не знаю, сколько я смогу достать, — ответил я. — Не лезть же на пятый этаж...

— Вот именно что лезть. Я посадил тебя в самый центр. Ты работаешь на самого Годдарда, ты его адъютант, у тебя практически полный доступ ко всему, что нам нужно.

— Это не так просто. Вы же сами знаете...

— Адам, тебе представился уникальный случай, — вставила Джудит. — Ты можешь получить информацию по самым разным проектам.

Уайатт прервал ее:

— И не вздумай ни о чем умалчивать!

— Я не умалчиваю...

— Ты хочешь сказать, что не знал о сокращениях?

— Я говорил вам, что готовится какое-то важное объявление. В тот момент я действительно больше ничего не знал.

— "В тот момент"! — противным голосом передразнил Уайатт. — Ты узнал о сокращениях раньше, чем Си-эн-эн, козел. Где эта информация? Я посадил «крота» в кабинет генерального и узнаю о сокращениях в «Трионе» из гребаных новостей?!

— Я не...

— Ты поместил «жучок» в офис финдиректора. Что там? — Перезагоревшее лицо Уайатта еще больше потемнело, глаза налились кровью, изо рта брызгала слюна.

— Пришлось его убрать.

— Убрать?! Это еще зачем?

— Отдел безопасности нашел мой «жучок» в отделе кадров, и они качали все обыскивать. Пришлось на всякий случай его достать, чтобы не поставить задание под угрозу.

— Сколько «жучок» пробыл в офисе? — спросил Уайатт.

— Не больше дня.

— За день проходит много информации.

— Нет, он... Ну, этот приборчик, наверное, отказал, — соврал я. — Не знаю, в чем дело.

Честно говоря, я сам не понимал, зачем скрываю от бывшего босса предательство Камилетти. Мне не хотелось, чтобы Уайатт знал о личных делах Годдарда. К сожалению, я плохо подготовился ко вранью.

— Отказал? Что-то слабо верится. Передашь его к завтрашнему вечеру Арни Мичему. Пусть технари разберутся. И предупреждаю: эти ребята тут же увидят, если ты в него влезал. Или вообще не ставил в офис. А если ты, козел, мне наврал, ты покойник.