— Да, немного холодно.

Набрасывая одеяло ей на плечи, он рукой задел ее грудь.

— Сейчас теплее?

Фрэнсис кивнула. На фоне огня она отчетливо видела его лицо, и от желания внутри разлилось тепло, дыхание замедлилось. Его силуэт все ближе наклонялся к ней, вызывая у нее еще более страстное чувство. Она не двигалась и ждала. Он медленно приблизил свои губы к ее губам… Почувствовав его язык, она издала тихий стон. Все противоречия между ними были сразу же забыты. Фрэнсис чувствовала себя любящей женщиной, страстно желавшей его, и ни о чем другом она не хотела думать.

Она дотронулась до него сначала робко, а потом совершенно свободно, наслаждаясь его поцелуем. Она хотела ощутить его теплую кожу и ладонью прикоснулась к его животу. Он поймал ее руку и силой отвел ее вниз, пока она не коснулась его уже напряженного члена.

Чако застонал и пробормотал:

— Ах, Фрэнки, что ты делаешь со мной…

Затем он начал целовать ее в шею, отчего у нее по спине побежали мурашки. Она стала расстегивать его брюки, а он — ее юбку. В этом деле он был более искусным и быстро стянул с нее юбку. Она осталась в туфлях. Когда она сняла с него брюки, он лег и потянул ее на себя, что немного озадачило Фрэнсис, не привыкшую к такой позе. Одной рукой он провел по ее животу. Затем пробрался через жилет, блузку и лифчик к соску и стал ласкать грудь, пока соски не превратились в маленькие камешки.

Другой рукой он медленно стал возбуждать ее самое чувствительное место, отчего оно сделалось влажным. Он ласкал ее половые органы, и от удовольствия она глубоко дышала, всасывая холодный ночной воздух. Потом она сидела на нем, словно на гнедом, но это не имело ничего общего с ощущениями при верховой езде. При приближении к вершине блаженства ласки Чако становились более интенсивными. Она тяжело дышала и, ощутив оргазм, издала пронзительный крик блаженства. Чако тоже подходил к кульминации. Он взял ее руками за талию, посадил так, что его член полностью вошел в нее. Затем он перевернул ее, положил на землю и лег на нее, их тела переплелись. От его тяжести она задыхалась, но чувство удовлетворения было сильнее этого. Она лежала, уткнувшись носом в прядки его спутавшихся волос. Он целовал ее лицо, удовлетворенный слиянием с ней, и наконец наступил его оргазм.

Спустя несколько мгновений, когда Фрэнсис немного успокоилась, она вдруг засмеялась. Ее смех был встречен ворчливым вопросом Чако:

— А что такого смешного?

— Я смеюсь над нашим видом: посмотри — из всей одежды на нас с тобой только обувь.

— Это легко исправить.

Через несколько мгновений они были совершенно раздетыми. Они легли вместе на сооруженную постель, прижавшись друг к другу.

Крепко обнимая ее, он спросил:

— Ты еще собираешься вернуться на Восток?

Фрэнсис вспомнила о своем намерении уехать, как только у нее будет достаточно денег… но это ведь было до того, как чувство к Чако овладело ею.

— Я говорила так, не зная, что со мной произойдет, — тихо ответила она, целуя его в шею.

— А как же учительство?

— Должна сказать, что эта карьера закончилась для меня. — И не только потому, что у нее не было необходимых рекомендаций. Теперь она уже не могла бы мириться со сплошными запретами и ограничениями. Теперь она уже никогда не откажется от чувства свободы, которое она испытала здесь, на Западе.

— Но ты ведь скучаешь по цивилизации?

— Иногда.

Особенно после вооруженных стычек, когда приходится видеть, как просто здесь убить человека. Однако эту мысль она не собиралась высказывать вслух, по крайней мере сейчас, когда между ними была полная гармония.

— А что ты, Чако, думаешь делать?

— Вчера Дон Армандо сделал мне еще одно предложение, — сказал он, нежно проводя рукой по ее спине.

— Что же он предлагает?

— Землю. Он мог бы предоставить мне несколько сот акров земли под пастбище, это примерно час езды от Санта-Фе. Там есть вода, небольшая хижина.

— И что же он хочет взамен?

— Он хочет, чтобы я жил там, либо держа свой скот, либо работая на него. За мной выбор. И я должен согласиться бывать у него, чтобы мы лучше узнали друг друга.

— Разве это так плохо?

— Моя мать…

— Возможно, тоже хотела бы этого для тебя.

— Он не может купить меня и заставить быть его сыном против моей воли.

— Вот и не позволяй ему сделать это. Просто предоставь ему шанс.

— Так, значит, ты думаешь, что я должен принять его предложние, отказаться от работы в «Блю Скай» и стать владельцем ранчо?

Он продолжал проводить рукой по ее спине, но сейчас в его движении больше ощущалось напряжение, чем чувственность.

— Я думаю, для тебя важнее помириться со своим прошлым, нежели работать в казино. — Фрэнсис очень хотела, чтобы хоть что-то заставило ее отца терпимей относится к ней. Она надеялась, что, может быть, и он хочет, чтобы исчезла трещина в их отношениях. Конечно, Фрэнсис было трудно отказаться видеть Чако каждый день, но и эгоисткой она не могла быть. — Да, я думаю, что лучше для тебя принять это предложение. Ты это сделаешь для себя, а не для него.