— Не понимаю, — сказала мисс Марпл. — Неужели он никогда не говорил, даже не упоминал о нем?

— Вспомните, это был не тот человек, который стал бы хоть кому-нибудь рассказывать о своих чувствах или личной жизни.

— Это так, разумеется! Но, мне кажется, вы столько лет работали с ним… с вами он мог бы поделиться тем, что его заботило.

— Если и заботило, в чем я сомневаюсь, то он не делился этим ни с кем. Для него всем в жизни была его работа, только она одна считалась. Он наслаждался каждым хитрым ходом, удачно заключенной сделкой, рискованной биржевой операцией.

— Так что перед смертью ничто его не тревожило?

— Ничто? С чего это вам пришло в голову? — удивленно спросила Эстер.

— Сама не знаю. Просто думала, что со старостью к человеку приходит все больше тревог… не то, чтобы мистер Рейфил был так уж стар… но когда человек прикован к постели, вынужден щадить себя и не может уже работать так, как прежде, ему начинают лезть в голову разные беспокойные мысли.

— Понимаю, что вы хотите сказать, но не думаю, чтобы так было и у мистера Рейфила. Правда, я не была рядом с ним до самого конца. Месяца через три после того, как познакомилась с Эдмундом, я ушла с работы.

— Ну, естественно! Мистер Рейфил, вероятно, был очень огорчен этим.

— Сомневаюсь, — небрежно бросила Эстер. — Из-за таких вещей он никогда не огорчался. Просто брал новую секретаршу, а если она не устраивала его, немедленно увольнял, позолотив пилюлю кругленькой суммой на прощание, и брал другую, пока не находил подходящую. В таких вопросах он был человеком предельно здравомыслящим.

— Да, да, я понимаю. Тем не менее, он легко выходил из себя.

— Ну, он обожал выходить из себя. По-моему, ему доставляли удовольствие все эти драмы.

— Драмы… — задумчиво повторила мисс Марпл. — Вам не кажется… я часто размышляла об этом… вам не кажется, что мистер Рейфил очень интересовался криминалистикой — я имею в виду как наукой? Он… ну, я сама не знаю…

— Вы имеете в виду — из-за того, что случилось на Антильских островах? — Голос Эстер зазвучал вдруг резче.

Мисс Марпл чувствовала, что вступает на опасную почву но надо же было сделать хоть какую-то попытку добиться чего-то нужного.

— Нет, что вы, не из-за этого, а просто после того, как все закончилось, он ведь, наверное, должен был задуматься над психологической подкладкой случившегося или заинтересоваться другими случаями, в которых справедливость еще не восторжествовала, или… ну, я и сама не знаю… — залепетала она все более смущенным голосом.

— Чего ради он мог этим заинтересоваться? И не будем больше говорить о разыгравшемся тогда кошмаре.

— Конечно, вы совершенно правы. Искренне прошу меня извинить. Мне, знаете, просто припомнился один разговор с мистером Рейфилом. Он так странно выражался, что я подумала — нет ли у него какой-то собственной теории насчет… насчет причин преступности?

— Интересы мистера Рейфила ограничивались финансовыми проблемами, — сухо ответила Эстер. — Какая-нибудь хитро задуманная афера могла иногда заинтересовать его — и это все, — добавила она, смерив гостью холодным взглядом.

— Еще раз прошу прощения, — извинилась мисс Марпл. — Совершенно не к чему было вспоминать те, к счастью давно прошедшие и забытые события. Ну, мне пора идти, если я не хочу опоздать на поезд. Господи, куда же я дела свою сумочку?… Ах да, вот она… — Мисс Марпл взяла сумочку и зонтик и начала собираться в путь, понемножку отходя от только что пережитого напряжения. Уже с порога она обернулась к Эстер, пытавшейся уговорить ее задержаться и выпить хотя бы чашку чаю.

— Нет, нет, спасибо, дорогая, у меня уже нет времени. Страшно рада, что повидала вас, и еще раз от всего сердца поздравляю и желаю счастья. Полагаю, вы не собираетесь снова идти на работу?

— Ну, многие говорят, что без работы начинают скучать. Мне, однако, нравится наслаждаться бездельем и благосостоянием, которым я обязана доброте мистера Рейфила. Мне кажется, оставляя мне деньги, он как раз и хотел, чтобы я получала от них радость — пусть даже тратя на то, что сам он назвал бы женскими глупостями: дорогие платья, косметику и так далее. Я очень любила старика! — вырвалось вдруг у нее. — Да, очень любила.

Наверное, потому, что в определенной степени он непрерывно служил как бы вызовом для меня. С ним трудно было ужиться, и я была рада, что мне это удается.

— И он ухитрялся сдерживать свой характер?

— Ну, не совсем, но все-таки больше, чем кто-то мог бы о нем подумать.

Выйдя из дома, мисс Марпл еще раз оглянулась и помахала рукой. Эстер, стоявшая на пороге, весело помахала ей в ответ.

— А я думала, что она как-то связана с этим делом или, по крайней мере, знает о нем, — пробормотала мисс Марпл. — Похоже, что ошибалась. Насколько я могу судить, она не имеет никакого отношения ко всему — чем бы это все ни было. Господи, мне кажется, мистер Рейфил считал меня намного умнее, чем я есть, и ожидал, что я сумею сделать выводы из фактов… но только каких фактов? Что же мне теперь предпринять?