– Я не убивал, гражданин следователь!

– А кто убил?

– Тугрик. Это он, бандюга, убил! Он. Клянусь!

– Зеленский?

– А? Да-да, Зеленский. Он самый. А мои руки чисты!
– И он показал мне свои руки, как бы предлагая удостовериться в их чистоте.

– За что его убили?

– Я точно не знаю, гражданин следователь.
– Заюлил Захарьян взглядом, заелозил на стуле. И чтобы быть более убедительным, даже сложил руки лодочкой на груди, воскликнул: - Клянусь! У них свои разборки. Слышал, будто Свистун сдал Тугрика ментам... То-есть, простите, а хотел сказать милиции. Вот.

– Каким же образом вы оказались вместе с Зеленским на квартире у Сергуньковой?

– Это у той самой бабы, где Тугрик Свистуна?

– Да.

– Очень просто оказался. Тугрик сказал, что надо попроведовать одного кореша. Ну я и пошел без задних мыслей. Откуда ж я мог знать, что он задумал, верно?

– Лжете, Захарьян!

– Зачем же вы меня обижаете, гражданин следователь!
– захныкал он.
– Я все, как на духу!

– Убийство Свистунова заказал Барков?

– Какой еще?!
– пуще прежнего испугался Захарьян.
– Зачем вы меня путаете?!

– Вы сами себя путаете, Тофик Иванович. Желаете накрутить себе лишний пяток лет своим запирательством? Я не против. В таких случаях говорят: хозяин - барин.

– А можно мне подумать, гражданин следователь?
– заканючил Захарьян. Я так устал, так устал! Голова что-то... Можно я завтра?

– Можно и через месяц, - равнодушно сказал я, пожав плечами.
– Я ведь для вас стараюсь. Хотел, чтобы вы своим признанием облегчили душу и немного скостили себе срок. Мне же, честно говоря, ваши показания до лампочки. Я и так знаю, что убийство Свистунова вам заказал Барков потому, что тот у него украл кассету с фильмом и пытался его этим шантажировать. Ведь так?

Все! Мой удар достиг цели. Противник был деморализован. Теперь он пребывал в глубокой прострации и даже не помышлял из неё выбраться. Лицо его обмякло, челюсть отпала. Осоловелым взглядом он тупо смотрел на окно, в которое шумно и требовательно стучалась воля. Там осталась шикарная жизнь, рестораны, квартира, "Мицубиси", красивые и сладкие телки. Не скоро теперь все это ему светит. Не скоро. Впереди его ждет вонючий следственный изолятор, набитый зеками, будто бочка - селедкой, пересыльные тюрьмы, этапы, мат надзирателей да лай свирепых псов. Эх, ма! Суки пархатые! Лучшие свои годы чалиться теперь на казенных нарах! И до того ему стало себя жалко, до того звериная тоска хватанула за сердце, что он не выдержал и заплакал. И уже не в состоянии ответить на мой вопрос, он лишь молча кивнул, громко и совсем несолидно шмыгнув носом.

Я налил в стакан воды, подал ему. Он с жадностью выпил и поросил еще. Опорожнив второй стакан, Захарьян немного успокоился. Пора продолжать допрос.

– Каким образом вы вышли на Свистунова?
– спросил я.

– Это было несложно. Свистун чуть не каждому предлагал "грабануть крутого". Когда я о нем сказал Завьялову... Или как там его?

– Барков.

– Ага, - кивнул Захарьян.
– Тот и предложил слепить ментам горбатого, то-есть извините, предоставить доказательства виновности Тугрика. Я поначалу ничего не понял, думал, что хозяин хочет сдать Семена. Но когда Вадим Вадимович все объяснил, то я очень удивился его хитрости.

– Каким образом у Зеленского оказался нож Виталия Попова?

– Шкилета что ли?

– Да.

– Совершенно случайно. В мае хозяин мне предложил сняться в фильме, обещав заплать полторы тысячи зелененьких. Но когда я узнал, что должен буду делать, то испугался и пошел в отказ. Тогда он мне сказал, чтобы подыскал для съемок двухметрового громилу с лицом отъявленного бандита. В баре "У дяди Вани" я увидел Тугрика, который недавно слинял с зоны. Побазарили. Я ему предложил за тысячу баксов сделать работу. Он согласился.

– Что он должен был делать?

– Пришить какого-то сопляка. Нужен был приличный финач. И тут в баре подвернулся Гунтявый и предложил купить у него нож за пятьсот рублей. Мы купили.

– Вы знали, что это нож Попова.

– Да. Гундявый рассказал. Вот хозяин и решил это использовать и пустить ментов... извините, милицию по ложному следу. Сказал, что должен говорить Тугрик при допросе.

– Кто убил Попова?

– Дрозд. В смысле Павел Дроздов - правая рука хозяина.

– Как и когда это произошло?

– Десятого июня. Мы на автобусе доехали до "Солдатского пляжа". Хозяин с парнями пошли на базу РЭБ флота, а я остался сторожить автобус. Вернулись они уже под утро. С ними был Шкилет. Глаза по полтиннику, весь дергается, чего-то мычит. Даже меня не узнал. Похоже, марафетом отаварился на полную железку. Ну.

– А он что, наркоман?

– Да, вообще-то, не слышал. Сели в автобус и поехали.

– Барков был с вами?

– Да. Но он доехал дишь до академгородка и вышел. Когда подъехали к карьеру "Борок", Бобер сказал, чтобы свернул и поехал к выработкам. У одной из котловин я остановил автобус. Все вышли. Бобер достал пистолет и выстрелил Шкилету в затылок. Затем сбросили труп в котлован. Бобер сказал мне, чтобы взял лопату. Я взял лопату. Мы с ним спустились и присыпали труп землей. Вот и все.