— Манго. Я хотела только попробовать. Но похоже, их не продают по одному, только корзинами. Я с таким количеством справиться не в состоянии. Но, к счастью, рядом оказался Саид Омар, и он… Вы знакомы, или нет? Это Саид Омар-бенСултан; он летел с нами в одном самолёте.

— Да, я помню, — кивнул Лэш, пожимая ему руку. — Очень рад познакомиться. Я Лэш Холден. Не думаю, что мы раньше встречались.

— Вы американец? — спросил Саид Омар.

— Так и есть. Из страны будущего.

— Наверное, настоящего, — поправил Саид Омар, улыбаясь и делая особое ударение на последнем слове.

— Может быть, — весело ответил Лэш и повернулся к Дэни, посмотрев на неё с некоторым подозрением:

— Скажи, ты же не собираешься есть эти фрукты прямо здесь?

— А где же ещё?

— Ну, я думаю, лучше в ванной. А то ты вся испачкаешься. К тому же ты не сможешь съесть шесть манго.

— Спорим?

— Не надо портить себе жизнь! — заявил Лэш и конфисковал её добычу.

Саид Омар рассмеялся.

— Ясно, что мисс Китчелл ещё ни разу не пробовала манго. Их лучше есть на тарелке и с ножом. Если позволите, я одолжу. Мой дом в паре минут ходьбы отсюда; уверен, что жена будет очень рада с вами познакомиться. Если вы пойдёте со мной, то сможете съесть свои манго в более удобной обстановке.

Дэни бросила быстрый взгляд на Лэша, Саид Омар, перехватив его, чуть поклонился Лэшу; это означало, что приглашение касается и его тоже.

— Конечно, — протянул Лэш. — Мы будем очень рады. Не подержите минуточку?

Он вручил манго Саиду Омару и прошёл к прилавкам, где Найджел помогал Лоррейн выбирать ананасы. Вернулся Лэш через минуту-другую, сказав, что все в порядке, что остальные потом отправятся в Английский клуб и будут ждать их там.

— Я отвезу вас туда, — пообещал Саид Омар и зашагал через рынок к порту.

Дом Саида Омара находился на узкой тенистой и прохладной улочке. Старый арабский дом, четырехэтажный, окрашенный в шафрановый и голубой цвета.

На массивной двери, обитой медью, были искусно вырезаны пилоны и капители. Она открывалась в холл и в центральный двор, окружённый рядами веранд с перилами: дом был точной копией Кивулими, хотя гораздо больше.

Саид Омар показал дорогу через два пролёта ступенек в комнату на втором этаже, зарешеченные окна которой выходили на старый каменный город, за которым лежало голубое море, изумительно сверкавшее в утренних лучах.

Служанка в белом принесла шербет, фрукты и сигареты. А хорошенькая жена хозяина проинструктировала Дэни, как лучше всего есть манго.

Саид Зухра-бинти-Ясалем на первый взгляд казалась настоящей женщиной арабских ночей, похожей на Шехерезаду или на одну из прекрасных жён Синей Бороды. Она была стройной очаровательной и темноглазой, с иссиня-чёрными волосами и кожей цвета слоновой кости. Гости были весьма удивлены, когда узнали, что это милое существо не только говорит на шести языках, кроме родного, но ещё и имеет степень бакалавра гуманитарных наук.

Все представления Дэни о «женщинах гарема» изменились, когда она обнаружила, что молодая жена занзибарского араба получила куда лучшее образование, чем она сама или большинство европейских женщин, с которыми Дэни общалась. Этот визит оказался очень интересным, занимательным и удивительным, чего никто не ожидал. Время летело незаметно, пока Зухра, смеясь, вспоминала Оксфорд, Париж и Сорбонну, а её муж рассказывал захватывающие истории об острове и предлагал прямо сейчас, пока ещё не жарко, поехать посмотреть подземные родники и руины знаменитого дворца Дунги.

Беседа шла легко и оживлённо, пока не затронули тему двух трагедий, омрачивших приезд гостей Лоррейн. Разговор начал Лэш, спросив, продвигается ли расследование смерти Салима Абейда. За вопросом последовала странная пауза. Не слишком длинная, чтобы смутить гостей, но достаточная, чтобы разрушить сложившуюся дружескую атмосферу.

— А-а, — задумчиво протянул Саид Омар, — Джемб…

Он не ответил на вопрос Лэша, но задал собственный:

— Вы были с ним знакомы?

— Нет, — покачал головой Лэш. — Но из Лондона он летел в одном самолёте с нами. Я полагаю, на острове он был известным человеком? Общественный деятель…

— Он хотел быть таким, — сухо поправил Саид Омар, — это не одно и то же.

— Как я понимаю, вы его знали?

— Да, немного, — Саид Омар взмахнул смуглыми руками, как будто собираясь закончить разговор, но Лэш сделал вид, что не понял намёка и попросил: — Расскажите о нем. Можно ли сказать, что он умел наживать врагов?

— Он был фанатиком и экстремистом, — вмешалась Зухра.

Не обращая внимания на недовольный жест мужа, она продолжала:

— Ну, конечно, он так себя не называл. Говорил, что он радикал. И собирался организовать свою партию. А потом установить диктатуру. И он, естественно, был бы диктатором. Все очень просто. У него были последователи — неудовлетворённые, озлобленные или завистливые люди, которым доставляет удовольствие разрушать не ими построенное. Или бедные, неудачливые или невежественные, которым следовало бы сочувствовать или помогать… и которых так легко использовать. Возможно, здесь, на Занзибаре, таких людей меньше, чем в других местах, но достаточно, чтобы доставить неприятности. У него не было недостатка в последователях.