– Вить, а Вить, - Семен подошел, топтался сзади.
– Ты "его? Не догнать же, я говорю...

– Бери карабин, - не оборачиваясь, сказал Черешин.
– Догоним.

– Нет, ты серьезно?
– Полунин засуетился, собирая вещи, возбужденно хохотнул.
– Ну, дают дрозда потомки! Догоним, говоришь?! Ну, поехали! Ах, черт, они же у меня патроны забрали...

– Возьми мою винтовку.

Черешин ощутил, как накатило знакомое чувство азарта, веселая ярость, пьянящее предчувствие боя. Экзамен продолжается, и уж он-то постарается получить "отлично" за этот поиск.

– Слышь, Вить, а где у нее затвор-то?

– Вот магазин, а вот предохранитель. А это пусковая клавиша. Снимешь с предохранителя - и лупи. Пятьдесят зарядов.

– Ясно.
– Полунин для пробы шарахнул по ближайшей березе, ветку словно топором обрубило.
– Сильно бьет, собака!

– Теперь обхвати меня руками и держись крепче.

И Черешин передвинул рычажок антиграва в предельное положение. Земля ушла из-под ног. Семен вцепился в плечи, горячо дышал в ухо.

Коньяк сделал свое дело. Гости захмелели, сыпали анекдотами и думать забыли о привязанном к дереву охотинспекторе. ГТС с ревом шел по тундре. Гусеницы рвали дерн, месили размокшую землю. По металлическому полу вездехода со звоном перекатывались пустые бутылки. Брезентовая крыша просела, сквозь нее просачивались темные капли крови: сверху была привязана лосиная туша. Одна капля упала на лицо гостю из сельхозуправления. Гость слизнул ее языком и глупо захохотал. Все было в порядке. Почти.

Кочкин оглянулся на согнутую спину водителя, поймал в зеркальце его хмурый взгляд. Второй гость как раз кончил рассказывать очередной - не без бороды - анекдот. Кочкин вежливо засмеялся.

– Как, говорите? Полетел в Гондурас за укропом? Ха-ха. Ну, еще по одной... Да вы закусывайте - пока еще приедем. Одну минутку...

Цепляясь за скамейку, он пробрался к водительскому отсеку. Достал сигареты. Похлопал по карману.

– Костя, дай спичек.

Водитель, не глядя, сунул коробок.

– Что, детинушка, невесел? О чем задумался?

– Зря мы это, Сергей Петрович, вот что.

– Ты о чем, Костя? Лося пожалел? Плюнь, их по тундре много бегает. На наш с тобой век хватит.

– Вы не шутите, Сергей Петрович.
– Голос водителя дрожал.
– У Семена двое детишек.

Директор затянулся, пустил дым поверх его головы.

– Вот оно что! А я-то думаю, о чем это наш Костя размышляет. Мало тебя Полунин штрафовал? 3а каких-то жалких гусей. Мало, да?! Детишек его пожалел? А он наших пожалеет? Ты пойми, Костя, Полунин давно напрашивался. Я его предупреждал. Да и кто видел? Кто докажет? Ты ведь в свидетели не пойдешь? Не пойдешь, а, Костя? Что молчишь?

– Убийцей быть не хочу.

– Убийцей! Сопли развесил. Мы его разве убили?! Ну, пошутили, к дереву привязали. Приедем в поселок, заправишься - и обратно. Отвяжешь, Полунин тебе еще и спасибо скажет.

– Правда?
– Костя обернулся. В глазах его вспыхнул радостный огонек. Нет, правда, Сергей Петрович?

– Рычаги не бросай, в канаву заедем... Конечно, правда. Да, Костя, вот еще что. Тебе мой "зауэр" нравился? Дарю! Владей. Только Полунину не показывай - отберет. Ну, рули, рули, бродяга!

Кочкин поощрительно потрепал Костю по загривку. На секунду рука его замерла, словно собираясь вцепиться в горло не в меру совестливого водителя, и директор поспешно ее отдернул.

– Да, Полунину скажешь - это ему последнее предупреждение. Пусть из поселка сматывается. Двоим нам не ужиться. Вот так!

Кочкин с остервенением швырнул окурок на пол, придавил каблуком.

И тут ГТС стал. Костя затормозил так резко, что гости, с недопитыми бутылками в руках, попадали со скамеек, а директор с размаху "приложился" к железной стойке.

Прямо перед лобовым стеклом, широко расставив ноги, стоял отчаянный охотинепектор, всем в поселке известный Семен Полунин. На губах его играла нехорошая ухмылка, в руках он сжимал короткую, странного вида винтовку, в позади так же нехорошо ухмылялся здоровенный парень в небывалом, насквозь просвечивающем комбинезоне и с пистолетом наизготовку.

– Выходи, приехали, - сказал Полунин.

– Выходи!
– повторил Семен и для убедительности врезал из черешинской винтовки по фаре. Брызнули осколки.
– По одному.

Отрезвевшие браконьеры нехотя выбрались на свежий воздух.

– Значит, программа у нас будет такая, - продолжал Семен.
– Ты, Костя, доставай тросик и вяжи высоким гостям руки. Вот так, молодец. Нет, уважаемого директора совхоза не трогай. Пусть пока так постоит. Теперь забирайся в кабину и дуй в поселок. Привезешь участкового уполномоченного товарища Трифонова. Скажешь, я усиленно прошу. А мы пока побеседуем.

Вездеход вновь загрохотал, рванул с места и пошел в сторону поселка, Кочкин проводил его тоскливым взглядом.