— Да, теперь о Джейсоне. Кто та, с кем он помолвлен?

— Ее зовут Дорин, и вы даже собирались рассказать мне что-то о ней.

У Милдред челюсть отвалилась чуть ли не до колен. Эйми, по-видимому, этого не заметила.

— Она красивая: высокая, белокурая, соблазнительная. Я могу понять, почему он в нее влюбился. Почему вы смеетесь? Вас так забавляют мои мученья?

— Прости. Надо же, Дорин! Ты должна рассказать мне обо всем. О каждом произнесенном слове, каждом жесте, решительно обо всем.

— Не думаю, что мне хочется это делать, раз вы надо мной смеетесь. На самом деле, думаю, нам с Максом будет лучше остановиться где-нибудь в другом месте.

— Джейсон не помолвлен с Дорин. Она его секретарша и премиленькая штучка, но, к сожалению, секретаря хуже нее не сыскать на всем свете.

— Для того, чтобы тебя полюбили, вовсе не обязательно быть умелой и исполнительной секретаршей. Я всегда была…

— Джейсон как-то велел Дорин заказать утку под апельсиновым соусом для обеда со спонсорами муниципального фонда, и Дорин решила, что ему нужны оранжевые утки — ведь апельсины-то оранжевые, — вот она и купила двести футов апельсинов, а вместо уток раздобыла у какого-то фермера четыре сотни цыплят, так как не нашла фермы, на которой разводят уток.

Эйми пристально посмотрела на Милдред.

— Все вы выдумываете.

— А когда Джейсон пришел в ярость, она решила, что он недоволен заменой уток цыплятами.

Милдред помолчала, чтобы дать Эйми время вдуматься в смысл сказанного.

— Дорин хранит документы разложенными в зависимости от цвета, но при этом значение имеет не собственно цвет бумаги, а то, какова она на ощупь, так как бумагу разных цветов она воспринимает на ощупь по-разному. Проблема возникает тогда, когда она пытается найти какой-то документ, потому что она одна знает, какова на ощупь бумага того или другого цвета.

— Надо же, — сказала Эйми, чьи слезы стали просыхать. — А если она не сразу находит нужную бумагу, как ей удается все-таки распознать ее среди других?

— То-то и оно! Дорин ввела новые обозначения для каждого учреждения в городе. И дошла даже до того, что Абернети пишет как «Абернутти».

Эйми рассмеялась.

— Дорин коллекционирует красные канцелярские скрепки. Стоит спросить ее о них, как она часами будет рассказывать о своей коллекции. У нее собраны красные скрепки из всех магазинов и канцелярских принадлежностей в радиусе ста пятидесяти миль, и самым удивительным она находит тот факт, что все они изготовлены одной и той же фирмой.

Эйми уже принялась хохотать.

— И Джейсон хочет на ней жениться?

— Джейсон хочет ее убить. Он звонит мне несколько раз в неделю и рассказывает о придуманном им очередном способе разделаться с нею. Оказывается, он очень изобретателен. Мне понравился один из его способов: похоронить ее под горой красных канцелярских скрепок, но я сказала ему, что это лишь доставит ей огромное удовольствие.

— Если она такая неумеха, почему он ее нанял? И почему не уволит?

— Дорин, возможно, никуда не годится на своем рабочем месте, но она и не одержима идеей быть обязательно секретаршей, — выгнув бровь, сказала Милдред. — Видишь ли, она сестра бывшей секретарши Джейсона, ты знаешь ее, эту ужасную Паркер.

— Ну да, разумеется. Именно Паркер делала для него решительно все. Она помогла ему во всем, что он делал для меня.

— Да-да, Джейсон был отвратителен. Он покупал тебе детскую одежду, устроил тебе баснословный вечер, превратил в явь рождественскую мечту и… Ладно, молчу. Так или иначе, Паркер вышла замуж за Дэвида и…

— За Дэвида? За доктора Дэвида? Брата Джейсона?

— За него, за него. Паркер жила в доме Дэвида, когда Джейсон жил у тебя, они близко познакомились, и вот… Как бы то ни было, Джейсон так и не смог найти Паркер равную замену, и тогда она упросила его взять на службу свою сестру. Джейсон ухватился за этот шанс. Но он захотел уволить ее в первый же день, потому что та продала его автомобиль за один доллар… но это уже другая история. Однако в тот же день он узнал, что Паркер беременна, и Дэвид сказал, что, если он уволит ее сестру, у его жены случится выкидыш.

— Мой муж умер, когда я была беременна, но у меня выкидыша не случилось, — заметила Эйми.

— Т-с. Не будем выдавать наши маленькие тайны, хорошо? Я уверена, что Дэвид просто хотел мира, и поэтому он опять обманул старшего брата. — Милдред усмехнулась. — Джейсон постоянно говорит, что хочет вернуться в Нью-Йорк, где люди более искренни и менее хитры, чем в Абернети.

Так или иначе, но Джейсон согласился держать Дорин до того, как родит Паркер, но выясняется, что ребенок родится недели на две позднее срока. Однако, как я думаю, когда это произойдет, Дэвид придумает новую причину для того, чтобы вынудить Джейсона оставить на службе Дорин. Но если он не уволит ее в самом ближайшем будущем, то действительно убьет ее.

— Или женится на ней, — мрачно заметила Эйми.

— Я хочу, чтобы ты мне все рассказала, — серьезно сказала Милдред. — Что именно говорила Дорин?

— Что-то о домах и о столовом серебре… я не знаю. Я так несчастна, а Максу он так нравится.

— Откуда ты это знаешь?

— Она сама так сказала. Сказала мне, что они собираются купить китайский фарфор и…

— Да нет, я имею в виду, откуда ты знаешь, что он нравится Максу?

— Он больше интересовался Джейсоном, чем книгами, лежавшими на полках, и не заглядывал в баночки с красками. Он стоял рядом со мной с широко открытыми глазами и не пытался куда-нибудь залезть или что-нибудь сломать. И потом, он всегда нравился Максу.