– Да это же хрестоматийная цитата из Достоевского! За ней целая история философских дискуссий.

– Не пойму, вы журналист или шпион?

– До того, как стать шпионом, я учился в институте и очень много читал, только оказалось, что драться я умею лучше, чем думать. Но кое-что засело в моей башке навсегда... Постойте, в соседней комнате я заметил приличную библиотеку, вернее, выставку книг. Не думаю, что хозяин зачитывается Мандельштамом, Кафкой или даже Дюма...

Отвлекая Виту литературными дискуссиями, Игорь лихорадочно обдумывал ситуацию. Он "продал" Фистулину реальную информацию о Сильвестре. Но её уже имел шеф Лесникова Колчин. Теперь было совершенно ясно, что Игоря подставили, а следовательно, в ведомстве Колчина завелся "двойник". Проверка Фистулиным полученных данных могла оказаться не в пользу Игоря. Даже в том случае, если Фистулин клюнет на приманку, соблюдения джентльменской договоренности от него ожидать не следует. Скорее всего, Василий Шакерович избавится от Лесникова, а с Витой церемониться не станет. Единственная надежда, что вовремя подоспеет помощь - ведь в Москве уже, конечно, забили во все колокола. Фистулин дал американцам на получение выкупа сутки, а следовательно, он рассчитывает скрывать заложницу у себя все это время.

Игорь прикинул, что ему осталось жить каких-нибудь семь-десять часов, и что последние дни он провел рядом с Витой. Ее присутствие превращало досадно проваленную операцию в романтическое приключение, а так и не угомонившийся после провала Лесник тихонечко ликовал: уж если верна поговорка "На миру и смерть красна", то умереть за Виталию, защищая её честь - изысканное блаженство.

"Угомонись, кретин, - урезонивал он себя.
– Оторви от неё свой собачий, преданный взгляд и пошевели мозгами. Да, заодно, порадуйся тому, что, прибитый Фистулиным, избежишь заключения в психушку. Ведь это настоящее помешательство, парень". Но Лесник не унимался.

– Пойдемте в соседнюю комнату, я покажу вам кое-что, - предложил Игорь.

Вита с опаской посмотрела на стражей, но те не стали препятствовать, молча сопроводив пленников в гостиную. Две стены здесь целиком занимали книжные полки. Телефонного аппарата не было, за окном чернели изящные витые решетки.

– Ладно, - сказал Игорь, всматриваясь в корешки изданий.
– Стихи в подстрочном переводе теряют, а жаль - у него здесь есть даже Бродский.

– Бродского я читала по-английски. Очень здорово, но печально. Русская литература пронизана скорбью. Наверно, это и угнетает меня.

– Достаньте вот тот зелененький томик. Нет, следующий. Это старая история, случившаяся в начале нашего века. Ее сочинил Александр Куприн. Присядем, Виталия, а то со связанными руками я чувствую себя партизаном перед расстрелом. Надо петь героические гимны, а не разглагольствовать о любви.

– Они опустились в кресла у кофейного столика.

– Совсем другое дело. Два человека мирно беседуют на рассвете в ожидании раннего завтрака. А дело состояло в том, что обыкновенный юноша, телеграфный служащий, полюбил чудесную женщину, безнадежно, безответно... Как это объяснить? С ним случилось то, что судьба дарует избранным. Молодого человека озарило чувство, такое же возвышенное, святое и редкое, как посетило когда-то Данте, Петрарку или шекспировского Ромео... Фу, я не умею об этом говорить. Покажите мне оглавление... Так, а теперь найдите страницу 420, листайте, еще, еще... Стоп...
– Встав за спиной Игоря, Вита держала раскрытую книгу.
– Слушайте, буду читать торжественным тоном.
– "Я бесконечно благодарен Вам только за то, что Вы существуете. Я проверял себя - это не болезнь, не маниакальная идея - это любовь, которой Богу было угодно за что-то меня вознаградить.
– Пишет своей возлюбленной, графине Вере, этот человек.
– ... Восемь лет назад я увидел вас... и тогда же в первую секунду я сказал себе: я её люблю потому, что на свете нет ничего похожего на нее, нет ничего лучше, нет ни зверя, ни растения, ни звезды, ни человека прекраснее Вас и нежнее. В Вас как будто бы воплотилась красота земли"...
– Умолкнув, Игорь пожал плечами.
– Ведь это нельзя не понять.

– Как фамилия писателя?
– Захлопнув том, Вита рассматривала обложку. Буквы почти все знакомы, но вместе...

– Ку-прин. Вы знаете о нем?

– Вряд ли... Только эти слова... Я их уже слышала.
– Виталия задумалась, вспомнив, как удивило её тогда неожиданное поведение Флавина. Он заигрывал с ней, не пытался продемонстрировать мужскую заинтересованность, но вдруг стал таким серьезным и произнес эти фразы словно заклинание. Вита тряхнула головой.
– Конечно, я понимаю, о чем писал этот человек. Вы говорите, он умер, тот влюбленный герой?

– Убил себя, чтобы не омрачать жизнь Вере.

– Я думаю, он сделал это потому, что боялся - любовь, великая любовь, - его единственное богатство, смысл существования, - померкнет, увянет с годами... А ему очень хотелось сделать её вечной, бессмертной.
– Вита поставила книгу на место.
– Кажется, мне все таки надо немного поспать. Завтра предстоит много интересного

Игорь согласно хмыкнул. Он знал, что Фистулин уничтожит его, и молил судьбу лишь о том, чтобы это случилось не на глазах Виталии.

Глава 7.

В Москве Флавина встречал Брант и невысокий человек с внешностью английского клерка: подтянутость, сухощавость, общая бесцветность, поблескивающая оправа очков.

– Валерий Колчин - сотрудник правительственной службы безопасности, занимающийся освобождением Виталии, - представил его Хью.

– Спасибо, что сумели оперативно помочь нам. Здесь все необходимое? Колчин посмотрел на тяжелый кейс.

– Да, я полностью готов удовлетворить требования бандитов. Кажется, у нас в запасе ровно девяносто три минуты. Не стоит терять время на разговоры.
– Крис не протянул руку русскому.

– Пожалуйста, в мою машину. Мы доставим вас в нужное место, а по пути обсудим детали.
– Колчин предложил американцам расположиться в синем БМВ. К сожалению, ситуация сложилась не лучшим образом.

– Еще бы!
– усмехнулся Флавин.
– Сразу видно, кто здесь, в Москве, представляет реальную власть. Не вы, уважаемые стражи закона. Великолепный трюк - похитить королеву бала в разгар праздника! Поздравляю, у вас изобретательные противники. Но вы сделали свою игру. Теперь мой ход, господа.