– Что же станет с ним на самом деле?
– Нахмурилась Вита.
– Боюсь, положение бедняги далеко не так завидно.

– Надеюсь, все же, мое пророчество относительно московского мафиози сбудется. Негодяя ждет справедливый суд. На этот счет у меня есть кое-какие планы, только это другая история.

Обняв Флавина за шею, Вита прижалась к нему:

– Мне и вправду всегда хотелось спрятаться на твоей груди. Но как ты мог подумать, что я захочу забыть эту нашу ночь? Разве ты ещё не понял, я только теперь появилась на свет - живая, настоящая.

– Мне было страшновато сегодня утром.
– Крис поднял на Виту виноватый взгляд.
– Казалось: встанешь, простишься, уйдешь. Поэтому я и начал придумывать сказку. О том, что нам не жить друг без друга.

– Но ты и вправду мог убить себя, Крис? Фантастика! Посмотри, у меня восторженные, преданные глаза.
– Вита приблизила сияющее лицо.

– Я не задумываясь сделаю это ради тебя, Жизнь...

– Я тоже... Я хотела исчезнуть в том черном колодце, чтобы спасти тебя... Но мне так... мне так хотелось жить! В солнечном домике на берегу озера... Просыпаться и засыпать рядом с тобой, растить малышей. А ещё придумывать вместе номера и фильмы, в которых появимся мы оба... Господи, как страшно было бы уйти без всего этого...
– Блеснувшие слезы скатились по чудесным персиковым щекам.

– Не плачь, детка. Прошу тебя - я придумаю другую сказку. Вот смотри.
– Порывшись в карманах куртки, Крис достал письмо.
– Это послание от отца Гавриила. Он приглашает меня на остров Сими.

– Вот это великолепно! Так это действительно Сократ?

– Не знаю, милая. Вряд ли. Но этот человек непременно обвенчает нас. Они притихли, прижавшись друг к другу, и слушая, как гулко и радостно что-то бьется внутри.

– Крис...

– Что?

– Тук, тук, тук...
– это стучит у тебя в груди?

– В душе. В душе, в груди, в голове - везде. Но не у меня - у нас. Это наше общее сердце. Сердце Ангела.

– Крис...

– Ау?

– Поцелуй меня...