– Да, это ваш русский друг. Он крепко спит. Его путь был не простым.

– Это храбрый человек, и у него преданное сердце.
– Вита погладила волосы спящего, удивляясь тому, как долго в Москве не могла запомнить его лицо. Чудесное лицо - волевое и нежное одновременно, с детским спокойствием в мужественных чертах.

– Он любит вас, поэтому здесь. Уйдите с ним!
– Голос старика прозвучал как громовой раскат, прокатившись под сумрачными сводами. Вита отдернула руку:

– Нет!

Она поднялась. Теперь, согретая огнем, с горячим сердцем, переполненным любовью, она знала, что должна сделать.

– Выпустите меня отсюда. Я сделаю то, что вы просите: Кристос будет свободен.
– Вита гордо направилась к распахнутой двери.

– Мисс!
– Окликнул её старик.
– Не забудьте, - не раньше полудня...

Он засмеялся, - второй раз за свою жизнь. Оставался третий последний. Так было предначертано в книгах. После этого он исчезнет.

Подойдя к спящему, старик заглянул в его лицо:

– Ты обречен быть жертвой, глупец. Это лишь следствие твоего выбора. Но ты даже не знаешь, где оступился, сделав неверный шаг... Хочешь, я подскажу? Ты ошибся, назвав жизнь игрой. И ты все ещё ошибаешься, полагая, что у игры должен быть счастливый конец.

На верхней площадке башни свистел ветер. Но снегопада не было и окрестности просматривались отсюда, с высоты птичьего полета, как на ладони. Белый холм возвышался над полями и лесами, словно остров, а по дороге, ведущей к воротам, с муравьиной расторопностью поднимались люди.

– Здесь и вправду будет настоящий цирк. Блин! Вот уж никогда не хотел мелькать жопой на манеже.

Крепкий шатен по кличке Танцор пристроил в амбразуре оптическое ружье. Он был чечеточником в Москонцерте после того, как на экраны вышел фильм "Зимний вечер в Гаграх" и степ снова вошел в моду. Потом Союз развалился, Танцор оказался в Германии и быстро овладел новой профессией, которой гордился ещё в армии на службе в десантных войсках. Танцор стал первоклассным убийцей, получив право на высокие ставки и своего рода известность. Его перекупили бывшие соотечественники, подвизавшиеся в Штатах. И там уже, как крупного спеца американской группировки, нанял Фистулин. Танцор всегда был похож на бульдога, хотя умел гримом передавать себе сходство с известным в России актером.

Его партнер по "делу Джордан" называл себя Лавриком, но Танцор тут же прилепил ему кличку Берия - за прищуренный взгляд и ехидную ухмылку тонких губ. Лаврик вообще все делал не так, но упорно считал себя главным. Это он упустил парочку на барже в Хельсингере, неловко припугнул красотку на дороге в Дании, а потом пустил под откос машину фокусника, не заметив даже, что в ней никого не было. Правда, Танцор сидел рядом и собственными глазами видел, что в салоне обнимались двое, в точности соответствовавшие преследуемым объектам. Но потом он твердил иное: машина была пуста, но Лаврентий проигнорировал его окрики. Хорошо еще, что перед заказчиком отчитывался москвич. Фистула шутить не любит, это известно на обоих континентах. И если он распорядился немедленно привести в исполнение приговор, то раздумывать здесь не стоит.

Из Москвы поступило сообщение с указанием места, где должна произойти расправа. Никто, правда, не объяснил, что это не отель и не вилла, а древняя громадина, как из фильмов ужасов. да ещё и зрителей как на мировом первенстве по футболу. За такое задание надо платить втридорога. Фистулин пообещал, но добавил - появился ещё один, которого следует убрать в первую очередь. Лишний жмурик не проблема. А кому расскажешь, что за собачий холод на этих стенах и как омерзителен здешний Хозяин, взявшийся помочь за весьма приличную плату. Он уже, конечно, содрал деньги с фокусника за аренду помещения, и не погнушался принять из рук Берии тысячу баксов. А за что? Провел каким-то тухлыми коридорами и вытолкал на башню.
– "Вам здесь будет очень удобно наблюдать за всеми".
– Старик полагал, что провел в "ложу" любопытных зрителей и теперь, наверно, напустил в штаны, увидев оружие.

– Ну и местечко. У меня пальцы немеют, - ныл Лаврик в ухо сосредоточенному Танцору. Тот выбрал позицию в бойнице так уверенно, словно не в первый раз защищал осажденную крепость.

– Мы здесь прямо, как эти, мушкетеры с Д'Артаньяном.
– Танцор выглядел вдохновленным.
– Они там наверху сидели, а кардинал снизу распоряжался. Наши в Нью-Йорке любят кассеты смотреть.

– Так они же отечество защищали. А главное - летом!
– Лаврик разминал пальцы. Они решили открыть огонь сразу из двух точек. Объекты распределены, если старик не наврал. Он заверил, что помогал в репетиции трюка и точно знает, откуда появится Флавин и Джордан. Старик к тому же проговорился, что в замке находится русский, охраняющий девушку. Его разыскивать не надо - он появится на стене сам, как только представление завершится. Еще бы! Лесников выскочит из своей засады, стоит лишь прозвучать выстрелам. Представление, действительно, завершится в пару секунд.

– Проверь старика. И объясни ему ещё раз внятно, - если что не так, прямо здесь его шлепну, - пообещал Танцор.

Лаврик направился к связанному Хозяину, лежащему у лестницы, словно мешок.

– Ну, если что не так, козел...
– Выразительно замахнулся Лаврик.

– Смотрите, сами не перепутайте. Это северная башня. Направо восточная, где прячется русский. Прямо - южная, откуда появится дама. А слева, слева западная, сейчас там звонит колокол. Представление начнется с двенадцатым ударом. Как я предупредил. А убивать меня вы не станете - здесь больше нет никого, кто сможет провести вас к лесу подземными ходами, пояснил старик, теперь-то разобравшийся, каких "зрителей" проводил на башню.