– Ну и что?
– пробурчал Сергей, внимательно слушая собеседника.

– Вот тебе и "ну", - передразнил его Доктор, - у них тоже не все в порядке. Вчера ночью застрелили самого перспективного коммерсанта и тоже жутко изуродовали.

– Так, может быть, это одесситы?
– предположил Сергей.

– Ты слышал когда-нибудь, чтобы Соловей близко корешился с кавказцами?
– спросил Доктор своего молодого друга.

– Во-первых, как ты сам меня учил, преступный мир не имеет территориальных границ и национальных признаков, - возразил Никитин, - а во-вторых, при чем здесь кавказцы?

– При том, что незадолго до крымского убийства был свидетель, который видел поднявшихся в кабинет к покойному трех небритых черноволосых парней.

– 0-го, - протянул Сергей.

– Такие вот дела, - закончил Корин, - так что я не исключаю возможности вмешательства этого Мирзы.

– Что будем делать?

– Начнем с того, что надо собрать сходняк, дабы предотвратить бойню, сказал Доктор, - я понял из разговора с Соловьем, что он настроен решительно. Поскольку ты уже влез в эту бодягу, то тебе ее и расхлебывать.

– Ничего не поделаешь, - согласился Сергей.

– Я завтра прилечу в Киев, - сообщил Григорьич, - туда же подтянутся Тягун с Соловьем. Предупреди Колю Крытого.

– Хорошо, - ответил Сергей и повесил трубку.

***

Теплым апрельским днем кортеж из пяти престижных иномарок миновал пост ГАИ на Бориспольской трассе.

В первой машине, темно-вишневом "фольксваген-пассате", сидел Крытый. На заднем сиденье и за рулем находились бойцы из его бригады, особо приближенные к пахану.

Въехав в ворота пустующего в это время пионерского лагеря, вереница автомобилей остановилась.

Из машин стали вылезать пассажиры, которые тут же разбились по группам, по интересам - одна из них представляла собой сливки преступного мира, а вторую - их охранники.

Объятия и взаимные приветствия были недолгими, после чего все прошли в одно из зданий детского учреждения. Около машин осталось лишь маленькая горстка людей помоложе...

Повод для встречи был более чем серьезный - воры и авторитеты собрались на сходку, чтобы решить непонятную ситуацию с Мирзой и загадочными убийствами украинских бизнесменов.

В комнате, куда вошли авторитеты, было довольно просторно. В центре стоял огромный круглый стол, плотно уставленный яствами. К удивлению хозяина кабинета, который являлся начальником пионерского лагеря, не было ни одной бутылки со спиртным.

После того как гости расселись, начальник лагеря, обращаясь к Крытому, спросил:

– Николай Николаевич, я больше не нужен?

– Спасибо, Федор Ильич, - ответил тот, - дальше сами управимся.

– Ну если что, я буду в комнате старшей пионервожатой, - начальник склонился в угодливой позе и, плотно прикрыв за собой дверь, вышел.

Вася Доктор, указывая на покинувшего их общество начальника, криво улыбнулся:

– Так бы начальник на зоне кланялся, можно было бы и на свободу не выходить.

Присутствующие понятливо засмеялись. Затем Корин, перейдя на серьезный тон, сказал:

– Не будем травить байки. Я благодарен всем за то, что вы приехали сюда, чтобы обсудить кое-какие делишки, - он выдержал подобающую после слов приветствия паузу и продолжил:

– Возникла неприятная ситуация. Все мы знаем, что я имею в виду.

Авторитеты скупыми кивками подтвердили последнюю фразу Доктора.

– Сам я не знаю деталей, поэтому предлагаю выслушать Писаря, - Корин указал на сидящего справа от себя Сергея.

Подробно пересказав события недавнего происшествия, Сергей в конце выступления вынул из кармана блокнот, который присутствующие передавали из рук в руки, внимательно листая его.

После сообщения Никитина начали высказываться авторитеты.

Первым взял слово Соловей, или, как писалось в многочисленных уголовных делах, Соловьев Владимир Юрьевич, тысяча девятьсот сорок первого года рождения, прописанный в черноморском городе Одессе и занимавший там же одну из высших ступеней в криминальной иерархии.

– Хочу принести свои извинения Мише, - он выразительно посмотрел на сидящего напротив Тягуна, - честно говоря, я думал, что это твои люди рассчитали моих бизнесменов. А так же спасибо и тебе, Вася, - на этот раз взгляд его предназначался Доктору, - что ты нас здесь собрал, прояснив запутанный "рамс". Я чуть было не запорол бок, и тогда правилки мне было бы не избежать. Благодаря Доктору и Писарю, - Соловей указал на Никитина, которого я раньше не знал, но теперь понимаю, что он правильный урка, нам удалось сохранить жизни наших людей.