– Скажите, госпожа Дорина, куда вы убрали стиральную машину?

Анита вскочила.

– Никуда!
– почти в истерике выкрикнула она.
– У меня нет никакой стиральной машины! Послушайте, если вы хотите обвинить меня в чем-то...

– Послушайте, господин Миллер, - не выдержал инспектор, - перестаньте ломать комедию и издеваться над человеком! Ну подумайте сами: откуда у нее стиральная машина?!

– Вчера она стояла в комнате, - не обращая внимания на инспектора, напористо продолжал Евгений.
– Стояла, видимо, первый раз... Так? обратился он к Аните.
– Я правильно говорю? Полагаю, что вы убрали ее с глаз долой, когда поняли, что случилось!

– Перестаньте выдумывать!
– с неожиданной яростью закричала та. Куда я могла ее убрать? У меня нет и не было стиральной машины!

– Вы ведете себя глупо, - пожал плечами Евгений.
– Этой ночью в поселке никто не спал. Значит, вытащить машинку из дома вы не могли... Господин Есипович, - Евгений снова повернулся к инспектору, - вы ведь не делали тщательного обыска? Мне кажется, теперь в этом есть смысл!

– Хватит, господин Миллер, - устало ответил инспектор, - я и раньше-то не очень верил во все эти "чудеса", а теперь... Громоздите одну ерунду на другую: резонанс, стиральная машина в комнате... Что будет дальше? Черти и черная магия?

– Нет, - ледяным тоном сказал Евгений, - дальше будут совсем не черти и отнюдь не черная магия! Дальше будет расследование... И если вы сейчас откажетесь мне помочь, то я вынужден буду вызвать сюда нашу опергруппу. Не стану утверждать, что это лучше, чем полиция, но одно наши парни знают твердо: показания телепатов с подтверждения СБ могут иметь юридическую силу...

Последнюю фразу Евгений сумел произнести именно так, как нужно: ненавязчиво, но очень уверенно. Блеф, наглое вранье - но что делать, когда не осталось аргументов?! Он рассчитывал на свою репутацию честного человека, и надеялся, что инспектор поверит ему. Потому что если не поверит... Вызывать оперативников ну очень не хотелось - разве что в самом-самом крайнем случае!..

Евгений почувствовал, как притихла Анита, как Юля замерла в ожидании... но инспектор не торопился с ответом. Наконец он устало кивнул:

– Ладно! Мы проведем обыск, если вы настаиваете. Но пусть это безобразие будет на вашей ответственности - с соответствующими указаниями в протоколе!

...Чтобы успокоить невольную виновницу трагедии, пришлось позвать местного врача и подождать, пока лекарство подействует. Но все равно несчастная женщина переводила взгляд с инспектора на Евгения так, как будто те прямо сейчас должны схватить ее и потащить в тюрьму. Это было жалкое зрелище, но Евгений не испытывал сочувствия: по вине этой трусливой оборванки едва не пострадали ни в чем не повинные люди! Ведь она видела, как собираются погромщики, и единственная в поселке могла все объяснить и остановить их... неужели у нее даже не мелькнуло такого желания?!

...Злосчастную стиральную машину отыскали в кладовке на первом этаже, под грудой ветхих тряпок - и как только у Аниты хватило сил затащить ее туда?! Присмотревшись, Евгений заметил на ступеньках лестницы свежие царапины - там, где за них цепляло дно машины...

Ошеломленная и подавленная Анита больше не запиралась. Да, действительно, она стирала вчера вечером... Да, машина стояла в комнате...

– Но почему же вы все-таки поставили стиральную машину в комнате? вмешался инспектор.
– Как-то это странно...

– Она очень раскачивалась, - всхлипнула несчастная женщина.
– Она всегда качается, но вчера особенно... В кухне тесно, она стукалась о стенки... Я побоялась, что она сломается... Что бы я тогда сказала Якову?

– Ах вот что!
– перебил Евгений.
– Так значит, это его машина?

– Ну да, - Анита снова всхлипнула, - я только пользовалась ей... О сам согласился, чтобы я и ему тоже стирала... Господи, если бы я могла знать!..

...В общем, все было ясно. Оставалось только провести следственный эксперимент - а точнее, "следственную демонстрацию": пусть жители поселка своими глазами увидят, как именно произошла трагедия! Полицейские поправили крюк и повесили искалеченную люстру. Стиральную машину снова подняли на второй этаж, наполнили водой и поставили на указанное Анитой место. Потом пригласили свидетелей. "Чем больше, тем лучше, - то ли посоветовал, то ли приказал Евгений, - пусть хоть весь поселок соберется!"

Когда все было готово, Евгений еще раз спустился на первый этаж и сам убедился, что под люстрой никого нет. У открытых окон, тесня друг друга, напряженно толпились жители поселка, и на какой-то миг Евгению стало страшно: а что если он не сумеет воспроизвести необходимое сочетание условий? Ведь резонанс - штука капризная...

Отгоняя неприятные мысли, он поднялся наверх и включил машину. Старый полуразвалившийся агрегат взревел как взлетающий лайнер, но заработал. Вибрация действительно оказалась столь сильной, что машину трудно было ухватить руками. Изловчившись, Евгений поймал ее за верхний край и начал двигать по концентрической спирали, делая паузу после каждого небольшого перемещения.

Внезапно снизу раздался крик, из-за шума машины его не расслышали, но полицейский уже поднимался по лестнице, возбужденно крича:

– Она качается! Вы слышите, господин инспектор, эта проклятая люстра качается!

– Ну что?
– спросил Евгений.
– Убедились?

Он отпустил машину, шагнул в сторону и только теперь почувствовал, что пол под ним и в самом деле "ходит". В тот же момент коварный прыжок оставленной без внимания машины едва не сбил его с ног.

– Выключите ее!
– воскликнул инспектор.