Но как Евгений сообразил, что бежать с женой ему не следует? Вдвоем их давно бы уже обнаружили - а искать в темном саду чуткую телепатку, да еще наверняка умеющую пользоваться психологической невидимостью...

Как бы там ни было, а Юлю не найдут, пока она окончательно не вымотается от постоянного напряжения. И значит, еще один день потерян... И в запасе остается дня два, не больше...

Гуминский почти физически почувствовал, как безвозвратно утекает время. Еще вчера, когда на альфа-ритм Евгения сработала сигнализация, предназначенная для эсперов, он осознал, что события вот-вот выйдут из-под контроля...

Вообще, прощупывалась интересная закономерность: на каждое проявление насилия над пленником всегда возникал немедленный, хотя и непроизвольный ответ... что же будет дальше? Может, что-то с самого начало пошло не так? Может, следовало вести себя по-другому? Но как "по-другому", если с Евгением решительно невозможно сотрудничать!

...Неожиданно зазвонил телефон. Ну наконец-то! Гуминский снял трубку... но вместо Майзлиса услышал в трубке встревоженный голос Веренкова:

– Дмитрий, у вас неприятности. База рассекречена. Полностью. Более того, к вам едет толпа журналистов... если уже не приехала!

Гуминский задохнулся, не зная, что сказать. Он ожидал всего, но это...

– Ты понял, что я сказал?
– настойчиво спросил Веренков, не услышав никакой реакции.
– Предупреди охрану, пусть не лезут на стенку! Я подожду...

– Чтоб вас всех!..
– Гуминский наконец обрел дар речи и потянулся ко второму аппарату, но тот вдруг зазвонил прямо в его руке. Понимая, что уже опоздал, он снял трубку и выслушал немногословный, но предельно выразительный доклад Майзлиса.

...Итак, репортеры у ворот базы. И теперь нет никакой надежды найти Юлю - ее просто некому искать, охрана занята на периметрах... И эвакуироваться поздно: их не выпустят с территории...

Майзлис молча ждал указаний, и это молчание было красноречивее любых комментариев. Гуминский понял, что с этой минуты на начальника охраны больше нельзя всерьез рассчитывать: теперь тот шагу не ступит без прямой команды - да и после команды три раза подумает...

– Я все понял, - сухо сказал он в трубку.
– Позвони Саре, объясни ситуацию, пусть зайдет ко мне минут через десять. На базу никого не впускать... до особого распоряжения! Все!

Он бросил трубку и, возвращаясь к прерванному разговору, окончательно потерял над собой контроль.

– Какого черта?!
– вне себя от злости крикнул он Веренкову.
– Ведь ты обещал, что мы можем рассчитывать по крайней мере на три дня!..

– Обещал, - спокойно отозвался тот, и это спокойствие еще больше взбесило Гуминского.
– Более того, я понятия не имею, что произошло. Еще вчера вечером они успешно рыли носом ложный объект, все шло по плану... и вдруг пять минут назад мне докладывают, что к базе уже направлена толпа корреспондентов - и называют точное место!

– Откуда они узнали?!
– застонал Гуминский.

– Не знаю. Даже версий нет... разве что кто-то из твоих отпускников постарался? Удивительно...

"Как же, отпускников!
– подумал про себя Гуминский.
– Вот уж кто меньше всего заинтересован в огласке! Нет, посидел бы ты здесь столько же, сколько я - перестал бы удивляться таким вещам! Если человек может исчезнуть из-под постоянного наблюдения..." - он вспомнил Юлю и вдруг с ужасом подумал, что ее вообще может не быть в саду! Но если так, то не она ли привела корреспондентов?.."

– Ладно, какое это имеет теперь значение?
– вяло сказал он.

– Ты прав, - согласился Ян.
– Теперь уже никакого... Теперь надо думать, что делать дальше!

– Что ты имеешь в виду?
– с подозрением, но и с невольной надеждой переспросил шеф.

– Боюсь, что базу придется открыть для прессы - вероятно, уже сегодня. Провести их, показать, что ничего страшного не ней не происходит. А там...

– Об этом не может быть и речи!
– решительно ответил Гуминский, с горечью поняв, что от Яна толку не будет...

– Это ты сейчас говоришь, - Веренков был непреклонен, - но через час-другой обстановка вокруг базы должна измениться. Причем гораздо лучше будет, если изменится она по нашей инициативе, а не по прямому приказу сверху...

– Ян, не поднимай панику, прошу тебя!
– с раздражением ответил шеф. Может, рассказать им еще и о бесконтактном убийстве?! Чтобы первые полосы газет выглядели поинтересней?..

– Этого не надо делать - пока! Но если ты будешь вести себя, как упрямый идиот...